Татьяна Шевелёва

Русская Атлантида или  неизвестная история деревень

Липин Бор

2020

63.3 ( Рос – 4 Вол)

Ш37

                                      содержание

1.  Часть 1. Путешествие в седую историю………………………………………..3

2. Часть 2. Неизвестная история деревень………………………………………..9

3. Часть 3. Участие вашкинцев в Первой  мировой войне………………49

4. О дворцовой Роксомской волости  по писцовой книге 1710 года

   «Переписная книга Суцкого и Заозерского станов

   Белозерского уезда»…………………………………………………………………….65

Шевелёва, Татьяна Сергеевна Русская Атлантида или неизвестная история деревень / Татьяна Шевелёва. - Липин Бор : Б.и., 2020. – 76с. : фото.

Часть 1.  Путешествие в  седую историю.

 Предисловие.

             Работа  над историей колхоза «Ударный рыбак»  села Липин Бор  Вашкинского района Вологодской области в основном была закончена, оставалось в раздел «Колхозные угодья» включить краткую историческую справку. Откуда пошла земля наша, где её истоки,  какой след оставили  жившие до нас поколения  и т.п.  В первую очередь, конечно, нужно выяснить историю деревень, которые  в 20 веке влились в современное село Липин Бор. Частично  найти ответы помогли  сохранившиеся документы Российского Государственного архива древних актов. Итак, начинаем путешествие в седую старину.

 1. Липник да Марозеро как земля.

В Жалованной льготной и несудимой грамоте верейского и белозерского князя Михаила Андреевича Афанасию Внукову от 12 марта 1455 г. зафиксировано, что князь променял последнему Липник боярский и Марозеро на Белоозере. Из грамоты очевидно, что топоним Липник да Марозеро на Белоозере, называлось определенное место – «земля»: «Се яз, князь Михайло Андреевич, пожаловал Афонасья Внукова и его детьей. Что есми променил ему землю на его куплю на Белеозере Липник боярский да Марозера з деревнями з живущими, и с пустошами, и с починки, и с лесы – и кого к себе Афонасий призовет людей на те земли на Липинские и на Морозерские, и в те деревни, и на те пустоши, и на починки, и на лесы изыных княжений, а не из нашей отчины, великого княжения, или кого окупив посадит, и тем людем старожильцом, и пришлым, и окупленным не надобе моя дань на двадцеть лет… А наместницы мои белозерские и их тиуны Офонасья и его детей, и их  старых людей, и пришлых, и окупленных не судят ни в чем».

В связи с данной грамотой мне вспомнилось семейное предание, передаваемое из поколения в поколение: откуда пошел род Зайцевых. Спросите любого из них – расскажут. Кратко  содержание таково.

            Давным-давно, когда царь начал раздавать земли на Белом озере, пришли два брата (а может, и один), скрываясь от преследования, то ли из белорусских, то ли польских, одним словом, из пограничных с Россией земель. Понравилось  братьям на новой родине, остались. Взяли в жены  местных девушек, из вепсов. Стали рождаться детки, много. Светленькие да голубоглазые, как зайчики… И прозвали потомков Зайцевыми. Так неожиданно эта история получила косвенное подтверждение.

          Продолжаем наше путешествие вглубь веков.

          Сохранилась также Отводная грамота, данная по слову верейского и белозерского князя Михаила Андреевича отводчиком В.Ф.Безносом (Монастыревым) на межи земель Липенской и Марозерской у Белого озера, промененных Афанасию Внукову. Грамота датирована тем же 12 марта 1455 года. В ней определены границы Липенской да Марозерской земли: «А се отвод от Шубача Липенской и Мароозерской: от оусть- Вашкиицы реки с верхнегво оустья на Конев остров, в Конева острова от Вашкиисково озеро по Грязновой речке на Мароозерский путь, што от Вашпана ездят, конный путь, с Марозерского пути Максимовым путем, да на Кушко озерце на Малое, с Кушко-озерца да на Кушко – речку, по Кушке  - речке да на Маару-реку…».

           Бывший хозяин земель позднее стал священнослужителем. Сохранилась Данная старца Авраамия (Афанасья Даниловича Внукова) игумену Кирилло- Белозерского монастыря  Игнатию на земли и деревни при устье реки Вашкицы в Белозерском княжестве (1471 -75 гг.). Однако в грамоте отмечено, что межа земель, пожалованных монастырю, шла от «Липника». То есть монастырские владения только лишь граничили с Липником, но не включали его.

2.Липник да Марозеро как село  упоминаются в Духовной грамоте князя верейского и белозерского Михаила Андреевича, составленной около 1486 г. Из грамоты следует,  что Липник и Марозеро были снова выкуплены князем Михаилом Андреевичем у Алеши Афанасьева (возможно, сына Афанасия Внукова):»А как есми дал господину своему, великому князю, свою отчину Белоозеро, и яз после того купил собе на Белеозере у Олеши у Офонасьева Липник да Мароозеро, а дал есми на том селе шестьдесят рублев, и яз то село дал в Пречистой  в дом в Мартемиянов манастырь по своем отци, и по своей матери, и по своей души, и по своей княгине, и по своем сыне, по князи Иване, со всем, что к тому селу изстарины потягло. А будет то село надобеть господину моему, великому князю, и господин мой, князь велики, даст в Мартемьянов манастырь пятдесят рублев». Как видно, за великим князем было оставлено право выкупить Липник да Марозеро у Мартемьянова монастыря (на озере Воже).

          Нужно добавить, что употребить землю на помин души, подарив монастырю, было обычным явлением в  дореволюционное  время.

3. Волость Липинский Борок.  

           Нужно уточнить, что позднее  будут другие волости, границы которых не совпадают с древними, определенными Екатериной Второй (1705 г).

          В Писцовой книге Белозерского уезда Н. Шаховского и подъячего М. Козлова 1626-1628 гг.  значится волость Липинский Борок. В центре волости находится погост «на государевой земле на речке Васкице на Малой, а на погосте церкви  живоначальные Троицы да теплая церковь Благовещения».

           С. Липин Бор.  Церковь Живоначальной Троицы

           Волость состояла из одного сельца и 12-ти поместных деревень. Некоторые деревни (Липинская, Логиново) находились у Мароозера Большого и Мароозера Меньшого (озеро Щукинское).

 Учитывая местонахождение территории волости Липинский Борок близ реки Вашкицы («Васкицы»)  и близ Марозера Большого и Марозера Меньшого, можно утверждать, что волость Липинский Борок и местность Липник да Морозеро на Белоозере, указанные в вышеназванных грамотах, находились на одном и том же месте.

 Волость Липинский Борок зафиксирована и в переписных книгах 1646-1678 гг. В  1646 г. она также обозначена названием как Липинский Борок, так и Липинская.  В переписной книге Белозерского уезда 1710 г., в материалах ревизий, в материалах Генерального межевания рассматриваемая волость названа Липин Бор. В последующее время структура волости не изменилась. Нужно добавить еще несколько слов о центре волости – погосте. Он являлся важной административной единицей, регулировал жизнь окружающих деревень.

           Погост на реке Васкице (Вашкице) «на государеве земле» с Троицкой и Благовещенской церквями зафиксирован в переписных книгах 1646, 1678, 1710 гг., в материалах ревизий. Писцовая земля церкви Троицы что на Липине Бору обозначена и в материалах Генерального межевания.

4. Об отдельных  деревнях  волости Липинский Борок.

          Следует пояснить, как назывались деревни. Обычно название  связано с именами или прозвищами живущих в них крестьян или с особенностями местности. Но центры селений, как правило, назывались по фамилии или имени их владельца.

Липник. 

          Как отмечалось, по писцовому описанию 1626-1628 гг. в волости Липинский Борок помимо деревень значится одно сельцо – Липник. Это поселение зафиксировано также описаниями 1646, 1678, 1710 гг. ревизиями, в ходе генерального межевания.

          В 1626-1628 гг., а также в 1646 г. оно принадлежало Федору Алферьеву сыну Кузьмину.

          В 1678-1719 гг.- жильцу Илье Михайлову сыну Кузьмину. С 1710 г. поселение Липник в документах называется деревней. Согласно данным Книги переписной дворцовых, помещичьих и монастырских крестьян Белозерского уезда 1748 г. (вторая ревизия), в середине 18 века деревня Липник входила в поместье Прасковьи Васильевой дочери Уваровой.  В 1788 г., во время  проведения Генерального межевания Белозерского уезда, сельцо Липник принадлежало Прокофью Николаеву сыну Павлову.

Деревния Горка.

Описанием 1626-1628 гг. близ сельца Липник была зафиксирована деревня Гора Телятевская, также принадлежавшая И.М. Кузьмину. Переписью 1646 г. она отмечена как запустевшая, переписью 1678 г. – как вновь поселенная « на пустоши Гора Телятевская», в 1710 г. как деревня Телячья Гора.

          Как и сельцо-деревня Липник, оно принадлежало сначала Ф.А. Кузьмину, затем И.М. Кузьмину. В переписной книге 1744 г. в поместье Ильи Михайловича Кузьмина, состоявшего всего из двух поселений, близ деревни Липник значится не деревня Телячья гора, а Горка. Учитывая местоположение обеих названных деревень (близ деревни Липник) и принадлежность тому же владельцу, можно полагать, что Горкой стала называться деревня Телячья Гора. Деревней Горка владели И.М. Телегин и П.Н. Воейков в 1788 г.  

Деревня Поныринская.  

             В волости Липин Бор близ деревни Липник находилась деревня Поныринская (название ее полностью исчезнет из документов  19 века). Наиболее раннее упоминание этой деревни находится  в названной писцовой книге Белозерского уезда 1626-1628 гг. В это время она была за И.П. Михайловым: « За Иваном Петровым сыном Михайловым, что  было наперед  сего за братом ево за Богданом деревня Поныринская Митинская тож на  реке на Боровой». Приведенная запись свидетельствует, что деревня существовала и до пожалования ее И.П.Михайлову в 1618-1619 гг. (двойные, а то и тройные названия поселений – не редкость).

            В 1678 -1710 гг. одна часть деревни Поныринской, Митинской тож принадлежала смольянину Матвею Алексееву сыну Дернову, а затем его сыну драгуну Петру Матвееву сыну Дернову.

            Другая часть деревни Поныринской в 1678-1710 гг. принадлежала смольянину Ивану Семенову сыну Михайлову, а затем его сыну поручику Федору Иванову сыну Михайлову.

          В 1744 году деревня принадлежала Федору Иванову сыну Гольскому и вдове капитана Прасковьи Васильевой дочери Уваровой. В 1788 г. деревня Поныринская принадлежала Аграфене Артамоновне Сытиной.

         Требуется пояснить, что слово «смольянин» в 17 веке обозначало «смоленчанин», человек из смоленской шляхты, т.е. служилых людей царя (от слова  «шляхт» - граница), и которым за службу сдавалась в поместно - временное пользование земля вместе с деревнями, включавшими и угодья, и перелоги, и леса, и т.д. Если имение оставалось без прямых наследников (по закону о наследовании 17 в. первоочередное право имели братья, сестры и также двоюродные), оно обычно оставалось в собственности государя. В ином случае поместье переходило в вотчину, т.е. наследное владение.  

Деревня Горшевская.

           Как следует из писцовой книги 1626 г., Ивану Петрову сыну Михайлову наряду с деревней Поныринской принадлежала также деревня Горшковская. В 1678 г. деревней  Горшковской, также как и частью  деревни Поныринской, владел смольянин Иван Семенов сын Михайлова, в 1710 г. – его сын поручик Федор Иванов сын Михайлова.

           В Книге переписной 1748 г. перед частью деревни Поныринской, принадлежавшей вдове капитана Прасковьи Васильевне Уваровой, значится деревня Горшевская, а не Горшковская.  Она тоже принадлежала П.В. Уваровой. В книге отмечено, что эти деревни «в прежнюю перепись написаны были за Федором Ивановым сыном Михайловым».Топонимом «Горшевская» называлась деревня, которая ранее обозначалась как Горшовская.

           В 19 веке д. Горшевской владели господа Игнатьевы.

5. Заключение.

           Как следует  из  архивных документов, волость Липин Бор, как и существовавшая на ее месте в 15 веке земля Липник да Морозеро на Белоозере,  - древнейший край с  богатой историей, интересными  судьбами людей. Невольно испытываешь гордость за нашу замечательную землю, на которой  нам, вашкинцам, посчастливилось родиться. Здесь  дышим одним воздухом  с нашими предками, которые освоили эти бескрайние зеленые и голубые просторы. Но  главное, что мы помним тех, кто трудился, защищал, жил на родной земле. И Родина  объединяет  всех: и ушедшие поколения, и ныне живущие! И память личная, каждого из нас, сливается в народную память.

                                                                            21 июня 2017 г.                                                            

 Часть 2.  Неизвестная история деревень

1.

Работа с архивными документами позволяет совершить удивительное путешествие во времени,  дает возможность посмотреть  на знакомые места по-иному. Какими были окрестности, территория  современного  райцентра  Липин Бор триста лет назад, в которые вошли деревни Горшевская, Поныринская, церковная земля?  Давайте внимательно рассмотрим  старинную карту Новгородской губернии Кирилловского уезда 18 века.

             С высоты птичьего полета вдали синеет гладь Белого озера, рядом видны крошечные фигурки косцов,  их косы время от времени  поблескивают на солнце, а внизу, под нами, причудливо петляя, бежит   Боровка. Очертания  русла один к одному укладываются в сегодняшнее лоно. Но вместо привычной зеленой полосы соснового бора по  обеим сторонам речушки и вширь, и вдаль тянется  обширная пашня,  к югу по левому берегу -  в сторону села Муньга, а на северо-восток - до деревни  Кокуринская Васильевская тож и далеее …  Продолжаем путешествие

 2.

             Ближе к устью реки, на крутом берегу виднеется деревянная церквушка. Камнем она оденется только в 1792 году. В «Экономических примечаниях  к планам дач Генерального межевания»  отмечено, что «писцовая церковная земля церкви Живоначальныя Троицы что на Липине Бору составляет 178 десятин, 2067 сажень, куда входят покосы, пашня, лес дровяной… Находится на левом берегу речки Боровки и по обе стороны большой Столбовой Каргопольской дороги… Но по писцовым книгам   1622 и 1627  годов (на них ссылается Переписная книга 1710 года)  земельная площадь  была значительно меньше.

                      Место старой плотины с. Липин Бор

 «На погосте церкви Живоначальной Троицы церковь Благовещенья Богородицы деревянная на церковной земле …в деревне поповской… четвертье пашни на при… осмин в поле а в дву потому же …  и на отхожих пожнях восьми копен». Необходимо пояснить данную запись, так как здесь упоминаются непривычные для современного  уха  старинные единицы земельной площади в зависимости от вида угодий.

           До проведения Генерального межевания площадь пашни измерялась не в десятинах, а в «четях» или полу десятинах. Четь в свою очередь подразделялась на осьмины (пол чети) или третники (треть чети) и т.д. Как пишет ученый  В. С. Кусов в книге «Измерение Земли: история геодезических инструментов», при существовании в ту эпоху трехпольной системы земледелия измерения выполнялись лишь на одном из трех участков, а затем, исходя  из предположения  об их равенстве, полная площадь землевладения определялась выражением «25 четей в поле а в дву потому ж». Площади, занятые лесом, в писцовых книгах описываются приблизительно, типа: «лес в длину версты три, поперек – полторы».

          Своеобразно, по результатам урожайности  измерялась и площадь сенокосных угодий, а именно, в  копнах. В конце 17 века, а именно в Наказе 1684 года рекомендуется  делать перерасчет, исходя из соотношения 10 копен равно 1 десятине. Чему же равна десятина? Размер одной приблизительно составляет 1,12 га. Или, если изобразить графически,  это будет  прямоугольник со сторонами 80 на 30 сажень, как информирует В. С. Кусов в вышеназванной книге.

          Но земля без людей – сирота. Кто они, эти люди, которые здесь жили, давали приют убогим и сирым, духовно «окормляли» паству, обслуживали  церковные службы, требы и т. д.?

3.

Читая  писцовую книгу «Переписная книга Суцкого и Заозерского станов Белозерского уезда 1670 года» времени  царствования Федора Алексеевича переписи Ф. И. Потемкина,  мы словно слышим живой голос седого времени.

         «В волости Липина Борку Погост, а в нем церковь «Живоначальныя Троицы да вторая церковь Благовещенья Пресвятой Богородицы». На церковной земле да у тех церквях поп Алфим Родионов с детьми в своем доме…с Тимошкой, которому семь лет,  да сын Васька – трех лет.  «Безместный поп Иван Захарьев сын Соколицын, а живет у церкви Живоначальная Троица. У него попа Ивана сын Ивашко.

            На погосте две кельи, а в них просвирня вдова Ульяница Микифонова жена Савельева ». « В келье нищие Левка Матвеев да Сенка Фомин, а питаются они  с церкви Божий…» (с.508).

Спустя сорок лет (перепись 1710 г.) данная картина изменилась: увеличилось число проживающих, указан размер подати.

 «…В той же деревне (поповской) в  дворе попа  …Осипов тридцати пяти, у него жена Евфалья, тридцати; сын Фёдор, трех (лет), дочери девки Маремьяна - пяти, Марья – четырех;  сестра девка Наталья тридцати, глухая…».

            Во дворе пономаря Тимофея Анфимова пятидесяти пяти (лет) жена Марья -  тридцати шести.  Дети: Емельян -12 лет, Архип – 8 лет, а «оплата на  них денег платил он пономарь по двадцать почти алтын по четыре деньги в год, а с детей своих оброку не плачивал». Писец подводит итог, что   «десятинных денег с тех церкви и ново оплачено з сбору богадельных и вполни (полностью) священником на Вологде в архиерейскую казну... Платит он поп с причетником по два рубли по пяти алтын по данной деньге в год …». В данной записи нужно пояснить, что за новый оброк («ново оплачено»)  упоминается в 1711 году. Вероятнее всего, речь идет и  о «Сборе денег с попов и дьяков за драгунских лошадей с 1707 года».

          Всего в тех дворах (на церковной земле) проживает  «мужчин шесть и женщин  семь человек и в келье просвирня Анна Прокофьева дочь … да нищая вдова Афинья Лазарева дочь восьмидесяти пяти лет, слепа. В келье нищая вдова Александра Петрова дочь, пятидесяти лет. Того в кельях нищих женщин три человека. Одна келья пуста, а в ней  жил нищий помещика Ильи Михайлова сына Кузьмина бобыль Иван Деньков, в прошлом 1709 году исчез безвестно»…

            Писцовая книга 1710 года подводит итог:  в Липинской волости две церкви поповых, причетника три двора, в них причетников: муж. – 6, жен. – 7 человек. Нищенских две кельи, в них муж.- 3 человека.

Помещичьих 30 дворов, в них проживает дворянского чину: муж.-24 , а жен.-33 человека.  Дворовых  - 17 человек, скотных два двора, в них муж.-12, жен.- 13 человек.

            Крестьянских и бобылишных (от сл. «бобыль», т.е.  без хозяйства ) – 88, налицо жилых  34 двора, в них муж. – 152 и жен. – 138 человек. Пустых 26 дворов, пустых дворовых мест -14. По сравнению с данными  ранней переписи  1670 года наблюдается определенная динамика в количественном составе населения данной местности. Сравните.

            По переписным книгам 1678-1679 годов всего по волости Липина Борку за помещиками в поместьях 53 крестьянских двора, а людей в них – 210 человек. Да 21 двор бобылишный, в которых людей - 55 человек. Итого: крестьянских  и бобылишных  было 74 двора, а людей – 265 человек. После 1688 года отделенных пустых дворов пять. Итого:  пустых дворов 23 жеребья (крестьянский надел, «тягло»), пашут на помещика, 22 жеребья пусты, и никто ими не владеет (стр. 532).

             Видим, что вышеназванная волость с Погостом  Троицы в центре  была небольшой.  В списке хозяев поместий 17 помещиков, владевших деревнями Левинская; Другое  Федотовское Гришина (Грищакова) Гора тож,; Лукьяновская Луковицына Буслаевская  тож; Олешник (Алешник); Горшковская;  Поныринская Митинская тож; Конечная  Еремиевская тож; Кокуринская   Васильевская тож; Шулгино; Телячья Гора (Горка); Липник;  Макино с деревнями Бачурова (Бачаурово), Турина; Садунина; Глухарева; Савинская; Щукина; Усова; Нефедовская; Логинова; Веснина; Липинская (Липина) Макутино тож. Двойные и тройные названия в 18 веке не являлись редкостью. Из перечисленных -  большую часть  время давно стерло  из памяти людей, когда - то населявших эту землю.

4.

 Продолжаем наше путешествие по  старой карте Кирилловского уезда  Новгородской губернии 18 века.

             Сверху хорошо видно, что Храм является центром, от которого  в разные стороны разбегаются  дороги: среди них большая Столбовая Каргопольская, волостные и полевые, связывающие соседние  деревни.

             Спускаемся с небес на землю. Возвращаемся к церкви, стоящей почти вплотную с большой  дорогой (на карте она обозначена как «дорога из  города Кириллова  в город Каргополь»).  Пройдя несколько десятков метров  вниз, к речке Боровка, через  прочный деревянный мост попадаем в деревушку.

             Первый  встречный мужик на наш вопрос о названии  сказал бы, что это деревня Егорьевская.

             Да, да, не удивляйтесь! Карта сохранила одно из старых названий поселения, которое  липиноборские старожилы помнили  как Горшевская.

              По материалам Генерального и специального межевания Кирилловского уезда Новгородской губернии 1780 года   можно проследить, как менялся вышеназванный топоним. О самом первом  сказать невозможно, так как наша вашкинская земля очень древняя, но о «Егорьевской» теперь вы знаете. Позднее на том же самом месте была деревня «Горшкова», «Горшовка», затем «Горшевский Бор», «Горшковская» и как  облагороженный вариант - «Горшевская» (18-19 век), а последний -  «Липин Бор»(20 - 21 вв.).  Обнаруженные записи развенчивают народную молву об этимологии (происхождении) данного названия как месте, где только лепили горшки.

             По рассказам стариков, сюда на телегах с Липника везли глину, из которой жители делали разнообразную керамическую посуду. Кстати,  озерные волны до сих пор вымывают закопченные

                         Пешеходный мост через реку Боровку

обломки кирпича,  глиняные черепки. Глину, скорее всего, сюда  и везли, т.к. для строительства  местной церкви её требовалось много, как и мастеровых  рук, которых собирали отовсюду. Но очевидно одно, что сохранившийся топоним «Егорьевская», как и «Горшкова», указывает на  конкретных  предыдущих владельцев.

            Несколько слов о самой деревне, давшей начало современному   селу.

    «Деревня Горшевская  Действительного  статского советника Ивана Михайловича сына Игнатьева. Число дворов - 12. По ревизии душ -37 мужчин, 54 женщины. Под усадьбой занято 1 десятина, 1116 сажень. Под пашней – 68 д., 2307 с.  Сенные покосы – 14 д., 154 с. Лесу – 55 д., 1268 с. Всего: 175 д., 85 с.

Данный земельный участок располагается «на правой стороне речки Боровки, по обе стороны большой Столбовой Каргопольской дороги, а дачею при Беле озере…Лес дровяной. Крестьяне на оброке»  (из «Экономических примечаний» 1780 года).  

          Писцовая книга 1670 года  частично конкретизирует сведения о  хозяевах и живших в деревне людях.

«За смольянином за Иваном Семеновым сыном Михайловым в поместье деревни Горшковская на речке Боровке, на ней двор, что помещиков. А в нем крестьянин Ларка Григорьев с братом родным Олешкой Григорьевым. У Ларки сын Якушко шести лет. Да в той же деревне Горшковской крестьян:  крестьянин Бориско Якимов с детьми с Федькой да с Максимкой. Да у него же Бориска подсельник (однодворец), Феофанко Емельянов сын, произвище Баженко. У Феофанка сын  Петрушка пяти лет…».

          Та же писцовая книга  сообщает, что «на поместной земле смольянина» И. С. Михайлова «деревни что Горшковской белозерец посадцкой … Ивашко Павлов сын Чмутов».  Сейчас можно только предполагать: с какой целью он здесь находился. Архивные документы помогут найти ответ. Продолжаем.

          Через сорок лет  владельцем становится  поручик Федор Иванович Михайлов,  сын И. С. Михайлова, ему же принадлежит половина деревни Поныринской, в которой, как отмечает писец, «двор пуст», так как мужики с братьями, женами да детьми от «хлебной скудости в прошлом 1709 году сошли в мир безвестно».

          Среди  новых фамилий крестьян Михайловых, Ларионовых, Ивановых в деревне Горшковской нам встречаются и знакомые по переписи 1670 года. Среди них Алексей (Олешка) Григорьев. «Во дворе бобыля Алексея Григорьева… (неразборчиво), у него жена Матрена  пятидесяти восьми…». Всего в тех дворах мужского полу – 16, а женского – 13 человек.

 5.

             От вышеназванной деревни отходит  несколько дорог. Одна из них по берегу Белого озера ведет к селу Вашки (Вашкия), а  большая Столбовая Каргопольская  дорога направляется к северу,  проходя через  правый угол Ребрикова починка,  в  деревни Поповская, Скокова, Митрофановская  и далее.  По третьей, идущей по правому берегу Боровки,  попадаем в  деревню Поныринская Митинская тож (один из вариантов написания «Панаринская»). Небольшое замечание о названии.

           В документах переписей, ревизий вышеупомянутое поселение именуется  по-разному. Первая часть  остается без изменения, но вторая - звучит иначе, хотя и близко: Микитинская, Никитинская, но одно из них просто поразило – Топгино!  Сразу вспомнилось, как  в советское время колхозники говорили, что идут косить за  Ильгино или Ильгинку… Возможно, именно в 19 веке  произошла  определенная   и окончательная трансформация, когда народ приспособил неудобное в произношении название «Топгино» в привычное и знакомое «Ильгино» или  «Ильино», вероятно, в качестве последнего закрепившееся окончательно. Вопрос требует дальнейшего  изучения. Продолжаем  наш разговор о данной деревне.

           Начнем с последней записи,  указывающей на общее владение.

            В  деревне Поныринская с пустошью Саврасовой  владельцев капитанши Аграфены Артамоновны Сытиной и прапорщика Александра Ивановича Ратькова    на 1780 год -  восемь дворов, в которых проживает по  данным ревизии 23 мужчины и 22 женщины.  Располагается на правой стороне  р. Боровки, а дачею по обе стороны оной и большой Столбовой Каргопольской дороги. Всего  земли: 512 десятин. Крестьяне на пашне (из «Экономических примечаний»).

          Необходимо сделать дополнение  к вопросу  межевания вышеуказанной дачи, которое проведено  в 1780 году. Но сведения, которые  поступили в архив Министерства юстиции в 1842 году, сообщают, что данная земля была разделена на три участка, может быть, позже между другими владельцами. В какое  конкретное время  сейчас сказать трудно, изменений было предостаточно по разным причинам: отсутствие наследников, когда поместье отходило государству, вступление в наследство, передача в приданое,  спорная земля, продажа, выкуп   и т.д.  

           В «Специальном Алфавите» читаем, что первая  часть  деревни Поныринская Митинская тож с пустошью - владение подполковницы Анны Даниловны Плехановой,  хозяин второй – артиллерии штабс- капитан Иван Пресняков (56 десятин).  И третья часть – опять же владение  А. Д. Плехановой, но уже полковницы (всего земли  у нее: 255 д.).

          Известно и о других, более ранних владельцах, которые имели в крепости  совсем немного крестьян.

          В  указанной выше писцовой книге за 1670 год отмечено, что владелец половины деревни Поныринской, как и Горшковской, смольянин Иван Семенович Михайлов.

 «…по полдеревни Поныринская Митинская тож на речке на Боровке, а в ней  крестьян:  крестьянин Гришка Акимов с племянником родным с Олтошкой(?) Купреяновым. У Гришки дети: Игнашка десяти лет да Якушка – году…».   В той же писцовой книге есть запись о втором владельце.

 « За смольянином за Матвеем Алексеев сыном Дерновым в поместье полдеревни Поныринская Митинская тож на речке на Боровой. А в ней крестьянин Ивашко Максимов с братом родным Обросимом Максимовым. У Ивашки дети: Гришка  десяти лет да Митька  шести лет. У Абрама (Обросима) – дети: Лазарко  пяти лет да   Ермушка  трех лет. Да у него ж Ивашка …  Пронька  Иванов. У Проньки сын Алешка двух лет…» (с.506 об.).                  

Спустя четыре десятка лет половиной деревни владеет драгун  Петр Матвеевич Дернов, сын М.А. Дернова. А среди записи  крестьянских  фамилий (умершего  в 1709 году Бориса Якимова, Федоровых, Артемьевых,  последние тайком ушли  из поместья) опять читаем  знакомые имена. « Во дворе крестьянина Григория  Якимова  семидесяти (лет) вдов, у него сын Яков тридцати»,  у которого жена Устинья тридцати и дети: Федор – полугоду, дочь девка Анна восьми. У Григория внуки – Михайло Игнатьев семи лет».  Нужно дополнить, что помещик переселял  крестьян по хозяйственным соображениям из  одной своей деревни в другую или в «новопостроенный»  двор.  

6.

             Где  располагалась данная деревня?  Есть различные версии   её  местоположения.

         Детальное изучение карты Кирилловского уезда Новгородской губернии 18 века,  простых геометрических, специальных  планов дач  деревень Горшевская и Поныринская позволяет сделать  окончательный вывод.

          Деревня Поныринская Митинская тож никуда не исчезала, не пропадала. В 19 веке  и вплоть до середины двадцатого  жители  села Липин Бор её знали как Ильино или Ильгино. Старожилы помнят до сих пор, как  до конца 60-х годов прошлого столетия на конвертах писем, в  адресе поздравительных открыток   обязательно указывалась  деревня Ильино (конечно, не официально, а для почтальона), т.е. в памяти народа она существовала самостоятельно, а не как часть целого

.

                   Вид на деревню Ильино (с. Липин Бор)

          Если на плане соседней деревни Горшевская  отчетливо  можно разглядеть два моста через речку Боровку (один –  для повозок,  через него шла большая Столбовая Каргопольская дорога, а  выше по течению другой -  узкий пешеходный), то в деревне Поныринской никаких рукотворных лав, переходов не имелось.

Крестьяне, отправляясь на полевые работы, перебирались вброд,  примерно, напротив  того места, где сейчас стоит усадьба Горка.  В сухое жаркое лето здесь  бы и курица   не замочила лапок, потому что от нанесенного песка  с крутого обсыпающегося  обрыва (полвека назад заросшего сосняком) постоянно образовывалась природная переправа - отмель. Сейчас чуть выше от данного места в советское время построен больничный мостик.

          От брода по левому берегу вправо  отходила дорога к «Погосту Троицы» через пахотную землю, и она же влево  -  к деревне Липник. Но от  деревни  Поныринской  по правому речному берегу шла  ещё одна дорога, выходящая к большой Столбовой дороге на Каргополь». Мчались  по ней почтовые тарантасы, спешили  важные чиновники… да брели паломники, нищие, останавливаясь на ночлег в деревне Горшковской.  Но нас  интересует  другое, а именно экономическая, хозяйственная жизнь волости, уезда.  Какой товар везли  по большой дороге купцы, да и предприимчивые простые  люди для продажи на ярмарках   в ту или  другую стороны?  Что выращивалось на огородах,  собиралось с полей, какая  животина   откармливалась крестьянами в хлевах и на скотных дворах?

 7.

            Из сохранившихся в РГАДА документов, в частности « Книга приходная… сборов денежной казны в Белозерском уезде на Крохинской пристани»  1732 г. (речь идет о внутренних таможнях)  узнаем, что по Указу Его Императорского величества Иоанна Третьего императора и самодержавца и прочия, и прочия…    таможенные пошлины составляли по пять копеек с рубля семьдесят две с половиной или десятая доля со стоимости… Нужно уточнить, что если продавался  собственный товар для личных нужд,  то он налогом не облагался.

            В «Книге отпускания попутных товаров в уездные таможни» читаем, что  до Ярославля 18 ноября 1740 года  повезли «хмель огородный, полвоза рыбы судаков», «семь возов снетков с ершами сухими», чехонь, лещи, щуки…  (в том числе  и для армии). Не только до Ярославля, но и до Москвы ездили продавать  рыбку, как то: «шесть кадок просоленных судачков», лещей, подлещиков, мелких язей…

          До Астрахани в 1741 году отправилось 15 тысяч «ложек точеных березовых» на 6 рублей, «тысяча стоканов осиновых писаных» - на семь рублей, «восемь тысяч «ковшиков ольховых», «пять сотен  уток солониц», плах ольховых прямых»… Писцом уточнено, что баржа, везущая товар указанный, «дощатая некрытая».

           В 1740 году канцеляристом Петром Архиповым подписано, что в Борисоглебскую слободу отпущено семьсот четвертей насыпной ржи. А во время Введенской ярмарки  отпустил  до Каргополя  рожь, сало говяжье сырец, «десять аршин кушаков шерстяных», 400 аршин гризету нитного» и др.

          Также им отмечено, что на Крохинской пристани в амбаре лежит «25 четвертей пшена, 10 четвертей гороха», крупа гречневая – товар, купленный одним ярославцем.

            В документе «Белозерской таможенной избы» от 30 декабря 1739 года читаем, что по «Указу Ея императорского величества самодержавицы всероссийская и проч. и проч. императрицы Елизаветы Петровны» дана накладная роспись Белозерской таможни  посадскому сыну Ивану Ивановичу Головину,  наемному его извозчику Белозерского уезда села Ухтома Тимофею Дружинину, нанявшемуся везти от Бела озера  до самого Петербурга рыбу свежую на трех подводах… С пяти рублев сорок копеек. «Оные деньги не взяты…Имать не велено по Указу».

          В вотчины Кронштата, Архангельска в сентябре 1752 года белозерцы поехали с сорока пудами чеснока плетеного, яблоками, коровьим маслом, мясом говяжьим, целыми поросятами, обрезью сала… Но шла бойкая торговля не только   продуктами.

          В Волхов  доставлялись «стволовины берез, плахи, ложки осиновые, солоницы и др. А ярославцы привезли на ярмарку в 1751 году триста пар кожаных яловых сапог.  

            В  специальном фонде, сложившемся в результате съемки межевыми инженерами и внутренней ситуации, а именно, в «Экономических примечаниях», сказано похвальное слово в адрес женщин Кирилловского уезда. «В оном уезде женщины сверхполевых работ упражняются в рукоделиях, прядут лен, посконь и шерсть, ткут холсты и сукна для своего употребления и на продажу». Следующий документ дополняет экономическую  картину  жизни края,  а попутно  и  общественных нравов 18 века.

8.

            В «Челобитной вологодского помещика Григория Никитина сына Уварова об избиении его и крестьян его белозерским помещиком Гаврилом  Андреевым сыном Коротневым» нам интересен приложенный к челобитной реестр краденых  пожитков от 1756 года.

           «Бьет челом вологодский помещик   отставной капитан Григорий Никитин сын Уваров на белозерского помещика морской артиллерии подконстапеля Гаврила Андреева сына Коротнева, на жену его  Марфу Яковлеву дочь…». Причину конфликта разъясняет   приложенная  к данному делу родословная Коротневых.

         Названные помещики владели  многими  деревнями в разных волостях Белозерского уезда, в т.ч. и Парасковья Уварова, которая одно время была  полновластной хозяйкой знакомого нам  поместья деревни Поныринская Митинская тож. Начнем по порядку.

               Жена Уварова Арина (Ирина) Дмитриева дочь (в девичестве – Коротнева) и Г.А. Коротнев являлись двоюродными. После смерти тестя, белозерского помещика Дмитрия Ивановича Коротнева,  седьмая часть его поместий  с деревнями в Белозерском уезде Надпорожского и Заозерского станов отошли к жене его, а Уварову – тещи,  Устинье Матфеевой дочери капитана Гавриловой женой Бокова. А остальное по  наследству досталось жене Г. Н. Уварова Ирине Дмитриевне.

          Спор со стрельбой из ружей, рогатинами, с поджогами «хоромных строений», грабежом,  «смертным избиением»,  колотыми ранами от  шпаги активно разгорелся уже  после смерти  жены  Уварова, когда седьмую часть наследства получил он,  муж, а остальное –  их дочь Парасковья.   Данное решение не устроило родню, рассчитывающую на определенную часть имущества усопшей, что и  стало по сути «последней каплей» в разгоревшемся  конфликте. Самое обидное для пострадавшего Уварова заключалось в том, что в Белозерской провинциальной канцелярии  по первоначальной его челобитной никаких мер не предпринималось. Хотя он показывал рану на пальце, проколотую в нескольких местах шубу, рукавицу и т. д. Лишь после повторной жалобы на имя  высочайшего императорского величества дело почти  через полгода стронулось с места.  После допроса  власть установила личности  всего пяти  из  28 участвующих в нападении  и грабеже  крестьян  из поместья Алексея Ивановича Коротнева и  товарища его  помещика Ивана Сказина села Ивановского. «…А  протчих, как зовут, опознать неможно, а могут показать означенные люди, когда в суде и следствии взяты будут»…  Чем  все закончилось, история, как говорится, умалчивает.   Но нам важен  приложенный реестр на   добро самого Григория Уварова и крестьян, которые также пострадали от ночного налета в декабре 1755 года.  Итак, «Реестр пожитков» из вышеназванной  челобитной.

           В нем упоминается сундучок, обитый белым железом, где хранились  ценности,  всякие вещи, а именно:

«12 нахцек и при них ленты… с золотыми и серебряными»;

лент простых алых, васильковых 100 аршин, шесть колечек золотых;

три перстя (перстня), в том числе один золотой, вставка в нем зеленая, а около неё с шести сторон – васильковые и алые;

два перстя серебряные с позолотой: в первом - вставка васильковая, а во втором – алая;

жемчугу 15 золотников;

да сверх того «снизеи жемчужных шейных с гагатами большими, гранатовыми – трои, по четыре нитки с лентами  алыми и васильковыми» (украшения на шею);

«ручных – трои с лентами алыми и светло-васильковыми – 18 ниток (на запястье);

платков «полутальянских» разных цветов – шесть;

простых платков – две дюжины полушелковых, разных цветов;

золота – цевка;

две цевки серебра».

 В «Реестре» называется подголовок, также окованный  белым железом, где хранились разные письма, бумаги и двести рублей денег,  тоже похищенные.

          У крестьян его деревни,  разбежавшихся («утекли») от страха при налете, как пишет Гаврило Уваров, пограблено пожитков, хлеба и скота: «две лошади, четыре   дойные коровы, три нетели по три года, четыре овцы большие, восемь ягнят, свиней больших -  три, «назимков полусвиней» - четыре, «курей русских» – двадцать. Итого скота: 48 животин.

Хлеба ржи – 15 четвертей; овса – 30; ячменя – 10; пшенной – 5;  семени льняного – 2.

Итого хлеба: 62 четверти.

          Платья: шуб мужских новых – 5 овчин; 20 кафтанов суконных новых; 6 женских шуб новых; 3 сарафана тонких, 4 – толстых, 4 верхних суконных; 4 рубахи мужских, женских тонких и толстых – 30, ребячьих маленьких – 15. Итого: платья женского и мужского и овчин- 91.

         Холста полотен тонких - 400 аршин; «пачесных» толстых- 300 аршин. Итого: холста 700 аршин.

          Масла коровьего – 2 пуда; шерсти овечьей – 3 пуда.

 По приказу  Коротнева его люди и крестьяне «сожгли два овина, четыре «мекилинцы»  (от сл. «мякина») и весь «скотный» корм без остатку…, причинив мне с дочерью немалые убытки и разорения. А прочие пожитки все, без остатку, Коротневым обраны, о которых еще не осведомлено,… о том объявлено будет при исковом челобитье впредь, где надлежит. К челобитной и реестру Григорий Никитин сын Уваров руку приложил».

          Вышеуказанное  судебное дело   ярко иллюстрирует помещичью и крестьянскую  жизнь с разных сторон, как    бытовой, хозяйственно - экономической, так и общественно-социальной.

9.

             Помимо  основного занятия - земледелия крестьяне попутно занимались рыбной ловлей, которая шла почти круглогодично и повсеместно и была в почете. Кормились сами – кормили народ, принося определенный доход  хозяевам, т. к. рыба в качестве оброка постоянно упоминается. Сохранившиеся документы в РГАДА знакомят нас с  замечательными тружениками, нашими предками.

            В «Росписи рыбных ловцов поместных и монастырских»  указаны списки людей,  профессионально обслуживающих  ловлю, а в «Книге записной рыбных ловцов и закупщиков, посадских людей» (1696 – 1697 г.г.) даны не только списки, но и количество используемых  лодок в волостях, селах Белозерского уезда  как то: Шольской, Кьянской, Киснемской, Троицкой, сел Ковжи, Киуя  и др.  

             В волости Липина  Борку в списке рыбаков  читаем следующие имена: Борис Якимов, Алексей Григорьев, Иван Максимов (упоминаются в вышеуказанных  писцовых книгах 1670  

С. Ухтома.  Церковь Александра Невского

и 1710 годов), Ларион Айваков, Ларион Григорьев и др. Активно рыбачили и в соседних селах.

          В Вашках – Лазарь Аристов, Семен Макаров, Василий Степанов, Иван Григорьев, Тарас Куприянов и др.

          В селе Мунга – Семен Боршов, Василий Гаврилов, Игнат Васильев, Тит Богданов и др.

           В Ухтоме - Федор Устимов, Семен Овдошков, Козьма Лазарев, Кузьма Никитин, Петр Колесников, поп Тарас и др. Кроме рыбаков в данные списки  включены и белозерские посадские люди, рыбные закупщики. Среди них Иван Галкин, Петр Бивалдин, Иван Пунтен, Андрей Иванов с сыном Якимом и др.

Теперь с полной уверенностью  можно сообщить, чем занимался в деревне Горшковской (по переписи 1670 года) посадский человек  белозерец  Ивашко Павлов сын Чмутов,  также  нужно  обязательно сказать  несколько слов  об  этой семье, жизнь которой  послужит   достойным примером для будущих поколений.  

           Простой рыбный закупщик сумел передать своим детям, внукам, правнукам накопленный опыт, деловую хватку, стремление к новому,  научил трудиться,  быть ответственными и жить с Богом в сердце.  В материалах третьей ревизии Белозерского уезда  1762 года, т.е. спустя почти век, в списке белозерского купечества  и цеховых находим вышеназванную  фамилию. Речь, понятно, идет о его потомках.

           Федор Якимов сын Чмутов. Ему на 1762 год  пятьдесят восемь  лет. Жена его, сорокалетняя  Лукерья Алексеева дочь, взята в замужество из Благовещенского монастыря, имевшего на Белом озере дворника Ивестова.

          У данной пары проживает Иван, ему 34 года. Жене Федосье Михайловой дочери 26 лет, которая старинного роду (коренная) из Белозерского Посада. Они воспитывают двух дочерей: пятилетнюю Матрену и полуторагодовалую Феклу. Видимо, для помощи по дому  Иван Васильев сын Чмутов купил крепостную девку Парасковью Алексееву дочь, 38 лет…

         А через сто с лишним лет  мы  читаем в  «Уведомлении  Новгородского губернатора Белозерскому городскому голове о присвоении бывшему городскому голове Якову Семеновичу Чмутову звания  Почетного гражданина  г. Белозерска. 16 января 1889 г.» за «полезную и деятельную службу» в  качестве  белозерского городского головы (1870 – 1880) и директора общественного банка (с 1886 г.).

           В завершении  данного разговора хочу познакомить с одним  любопытным, «многоговорящим»  документом «Свидетельство Степана Чмутова, сына купца 2-й гильдии г. Белозерска, об окончании Белозерского училища. 22 июня 1872 г.».  В нем отмечено, что  за время обучения  поведение  Степана (с 1867 по 1872 годы) только отличное, как и отличные успехи  во всех преподаваемых предметах, как то: Закон Божий, российский язык, арифметика, геометрия, история, география, чистописание, рисование и черчение…

            Таким образом,   повышение социального статуса данной фамилии (от предка – простого рыбного закупщика до городского головы) стало возможным только благодаря определенным личным качествам, передававшимся из поколения в поколение на протяжении длительного времени. Так и возникали, на мой взгляд,  крепкие  трудовые, семейные и прочие  династии. Но вернемся к  списку рыбных ловцов.

           Заслуживающим внимания,  на мой взгляд, является участие попа Тараса  в рыбном промысле (такие случаи были не единичными). По мнению исследователей, поп мог быть поручителем перед кредиторами своей паствы (изготовление рыболовецкого снаряжения, лодки  очень дорогостояще и в наше время). Также часто подсобные церковные помещения использовались крестьянами для хранения  снасти. Да и дело-то очень  прибыльное!

          Следующий  документ «Памяти стряпчего Рыбного двора Михаила Молчанова»  подтверждает данное предположение об активном участии церковнослужителей в  рыбной ловле, её спонсировании, говоря современным языком.  Чтобы вы  почувствовали   трогательный аромат  времени, привожу часть записи почти дословно.

           «Государю моему священно протопопу Силе Мишка Молчанов челом бить буде. Государь мой, здравия на многие лета и покрой десницей вашей меня (благослови)…А я на Белом озере, послал залог… пожалуй, Государь, пиши ко мне впредь про своё многолетнее здоровье, чтобы, слушая про твое здоровье, я стал бы радоваться. Да послал я к тебе, Государю, битой рыбки: пять стерлядок, два леща, два судака, чтобы тебе, Государю, на здравице. Да какие будут тебе, Государь, милости (просьбы) и ты, Государь, отпиши ко мне…».

          Интересна « Платежная память о приеме оброчных денег от бывшего троицкого попа волости Липин Борок старца Кирилло- Новозерского Афанасия», где указано, что поп Афанасий, что ныне в Новозерском монастыре в старцах, игумен его Илия и протопоп Авраамий чинили по искам деньги, которые переданы в Белозерский Рыбный двор…

10.

              Рыбное дело было хорошо поставлено, организовано. Уже в начале 16 века появляется специальное предприятие – Рыбный двор. Что входило в него?

           От одной до трёх жилых изб, погреб, ледник,  запас соли, сушило, где коптили, сушили, вялили рыбу (порой там сохли сети) – все необходимое для переработки рыбы. Такой Рыбный Двор имелся в Белозерске, а ранее был  и в Киснеме. Несколько слов о последнем.

             На самом «берегу Белого озера, называемом Княжин луг  с поселением на оных Рыбного двора казенного ведомства» стояла деревушка, которая так и называлась Рыбный двор, с одной избой, рядом пристань (данные государственного  межевания 1780 г.). Напротив неё, в сторону Ковжи, широко раскинулись заповедные воды Государя, где запрещался всякий лов. Для нас любопытны более ранние  сведения   из материалов  ревизии Белозерского уезда  1762  года.

          Часть старожилов, в возрасте за шестьдесят лет, уйдут из жизни еще до ревизии. Среди них Матфей  и Артемий Никифоровы, вдовец Иван Артемьев, Леонтий  и Никифор Артемьевы… Крестьянские  жены   были привезены из разных мест. Женихи  брали  их  в замужество свадьбою, а после указа 1754 года по увольнительному письму старосты, а именно: из вотчины Борисоглебского монастыря - деревни Орлова; из вотчины Суздальского Покровского девичья монастыря - сел Ухтома, Крохино; из Порецкой волости церкви Успения Пресвятой Богородицы (попова дочь); из  Киснемской волости поместья  вдовы Марьи Коротневой -  д. Тарасьева; из вотчины Кирилловского монастыря села Покровского - д. Самсонова, с. Вашкия, деревень Поповской и  Борок; из Индоманской волости поместья Анны Кобелевой  и т. д.  Точно также своих дочерей - невест  крестьяне выдавали  замуж в другие волости, поселения. По мнению старожилов, самые верные, преданные, трудолюбивые невесты Вашкинского края находились в Киснеме.

            На момент третьей ревизии  здесь числится детей разновозрастных – 13 человек (от недели до 15 лет), количество девочек – чуть больше.  Итого, как отмечено в  ревизской  сказке дворником  Алексеем Сергеевым, Его императорского величества в деревне Рыбный двор -  дворников 2 души. На наших глазах разворачивается картина постепенного угасания   данной деревни во второй половине 18 века, когда  складываются  неблагоприятно социально- экономические условия  жизни населения. С карты Кирилловского уезда  Новгородской  губернии вышеназванная деревня исчезнет  в  20 веке. Возвращаемся к вопросу рыбной ловли.

11.

            Каждый год обязательно объявлялись условия рыбной ловли, соблюдение их обязательно контролировалось специальными людьми (1698 год).

            Помимо профессиональных ловцов, ловили и сами помещики, их  крестьяне, чтобы выплачивать оброк  деньгами,  рыбой.

            Из Мунской и Роксомской волостей  в Киснему  и другие  места для ловли высылали дворцовых крестьян  («Записная книга припасов, посылаемая на рыбные пристани»), работа  которых оплачивалась. Волнительно смотреть через  триста с лишним  лет на крестики против фамилий работников, которым выписаны деньги для раздачи старостой. Также для  самой различной  работы широко применялся   набор людей по найму.

           Привлекались   люди для доставки различных грузов по воде в разные концы нашего большого государства. Например, в Архангельск в 1694 году доставлялось железо к корабельному делу,  туда же отправляли крестьян для работы на Олонецкой верфи. Писцовая книга 1710  г. по волости  Липина  Борка и других  сохранила  имена молодых и сильных, которые умерли  там в работниках, не оставив после себя ни жен, ни детей.

           Также в материалах ревизий Белозерского уезда (к сожалению, без даты) сохранился список деревень, приписанных к  Торопицким (?) железоплавильным заводам. Среди перечисленных - видим названия «Горшковская» и «Поныринская», хотя данные деревни были владельческими, а не казенными или монастырскимиДля обслуживания рыбного промысла нанимались сторожа как для охраны живой стерляди в наплывном рыбном садке, так и   для его чистки и ремонта. С целью ухода и сбережения  в живом виде ценной  рыбы стерляди, севрюги,  которых  привозили  в прорезных лодках – тагасовках в Петербург, в город было отправлено четыре  крестьянских семьи на постоянное место жительства. ( Из «Наказной памяти приставу о присылке четырех семей…»).

             На местах делом  непосредственно руководил, вел учет, прием  выловленного, денежной казны, орудий лова, занимался наймом  специальный человек – целовальник (от сл. «целовать» крест во время присяги). Это была выборная и очень ответственная должность на год. В случае невыполнения сбора  рыбного оброка, какой- либо другой недостачи целовальник отвечал  своей головой, имуществом  и обязан был возвратить в казну полностью недостающее или отработать,  в противном случае  его  ждала тюрьма, палки до смерти…

12.

          Документ о «Выборе в целовальники Рыбного Двора помещичьих  крестьян волости Липина Борка и Киснемской волости Ивана Максимова и Софрона Михайлова на 7196 год (апрель – август 1687 г.) даёт возможность представить, как вышеназванные выборы проходили в волости и рыбных поместьях. Проводились  выборы везде одинаково, по разработанным инструкциям, т. е.  «памятям».

            Получив  соответствующее указание, по Грамоте и Приказу Большого Дворца, по велению стольника и воеводы Якова Гавриловича Бибикова, «белозерский подьячий Алешка Артемьев и да пристав Андрюшка Власов ездили в Белозерском уезде в разные волости, рыбные поместья и вотчины… Да в волости Липенском Борку», объявляя о выборах на Белозерском Рыбном дворе целовальника от первого числа сентября сего года. По приказу стольника и воеводы Я. Г. Бибикова того же числа посланы с ними же, «вышеписанными посыльщиками, две наказные памяти о выборе целовальника…».  О чем в них шла речь?

            К указанному сроку первого числа  сентября на Рыбном Дворе собраться крестьянским рыбным ловцам, старостам для  участия в выборах. Подчеркнуто, что собираются  только те ловцы, которые ловили на Белом озере  в «нынешном году зимними и летними своими рыбными промыслами».

            После выборов составлялся документ, который подписывался всеми участниками, как правило, в присутствии воеводы.

  « …Когда выбрали целовальника («выбор за руками дал», «отдали за него за руками своими выборы»), тот выбор  становился «повелением» (приказом), а по нему нововыбранный целовальник…на Бело озере, взяв порушную запись,  и должен в город ехать…  Писано точно, выбор наших людей на него…», -  отмечает  площадный подьячий Алешка Артемьев.

          Далее в документе читаем, что волости Липина Борку  нововыбранному целовальнику крестьянину Ивашке Максимову в помощь приговорили (дали) для сбора, отпуска рыбы (свежей, сухой, просоленной, снетков  и т.д.) Якимку Павлова.

  «Ловцы сбывати ему, Якимке, разную рыбу, а что «не отпустил положенных денег, у него, Ивана (Максимова) будет в остатках. Имеющиеся деньги пойдут Якимке на прокормление». Уточнено, что какие деньги Якимка возьмет в «обиходной великих государей и в денежной казне», по ним отчет даст… «Собрать по нем, Якимке, поручную запись», т. е. дать поручительство. Если доверие поручителей  не будет оправдано, то «на нас, порущиках, пеня (укор) Великого Государя, царя, Великого господина Петра Алексеевича…».  Так за свой выбор приходилось отвечать имуществом, «животом»,  вплоть до тюрьмы.

           Среди имен тех, кто поручился за Ивана Максимова:  староста Михайлова - Абрам Максимович Иванов, крестьянин Федорова - Борис Екимов…, староста Золотилова -  Яков Афанасьевич Гаврилов, Емельян Иванов -  стольника  Михайлова, староста Моложенинова – Абрам Малафеевич Матвеев, крестьянин Дернова – Иван Иванов и др.

            А  поручную запись   волости Липина  Борку заверил  троицкий поп Корней (?) вместо поручиков (поручителей)  разных волостей…и ко всей записи с именами крестьян по их велению руку приложил.

          Выборщики давали наказ нововыбранному: быть в целовальниках «безотступно» год. На Рыбном Дворе, и на рыбных пристанях, и на «добыходное» (добыче) Великого Государя  рыбы, и на денежной казне, и на всяких запасах никакой хитрости не учинять, и заповедные воды в Бело озере и в реке Шексне от сторонних рыбных ловцов беречь…».

          Выбранный целовальник Иван Максимов, целуя крест,  клятвенно обязуется выполнять поручение. Необходимо дополнить, что позднее Иван Максимов  подал челобитную, где отказался от обязанностей целовальника (по какой причине неясно).

           В документе звучит так: «Он (Ивашко) с ним (Якимкой) договорился, что ему, Якимке,  в ево, Ивашково место быть в целовальниках на Белозерском Рыбном дворе и на рыбных пристанях…год. А он, Ивашка, пойдет на его место рыбного ловца…».  

13.                             

           Помимо указанных обязанностей, целовальник вел учет, кому и сколько выдано из «вешних» денег, из денег рыбных сборов (оброчных). Организовывал ремонт, хранение, выдачу снасти. Нужно привести в подтверждение отдельные выдержки из записей целовальника Белозерского  Рыбного Двора.

          Например, в «Росписи целовальника Василия Соснина» подробно расписано:  сколько дано денег на починку и очистку рыбного сада, траты на покупку пула, сколько и почем, у кого из рыбаков  взято стерлядей, количество и пригодность сетей к использованию и т.д.

          «Шестнадцать мереж нечитаных (непочиненных) к ловле не годятся, положенных в амбаре от реки на шесте», « в онбарах (амбарах) на середке - шесть, девять мереж читаных же, к ловле годящихся, положены вверху в чулане». «Трифон в Ухтому  свез мережи, а кому он отдал, потом ево допросил». «Семен Холстинников отдал 22 мережи, сита их, к лову годятся…» и т.д.

«Григорию Орлову додано из вешних денег девять рублев, да Семену Хомутинникову дано из вешних денег шестьдесят шесть, да Михайло Молчанову дал два рубля, да что деньги рыбных сборов в мошне, из тех дано ему ж 40 алтын и всего Семену дано десять рублев…».  

          Следующие сохранившиеся записи говорят и  о масштабах рыбной ловли.

  « …у него Григория в наказе написано, что с нево да изымать три стерлядки да керешки переменные..»,

«…с невода оброчной рыбы измать по 27…», «…у Тита Волкова взято три стерлядки, у Якова Федорова – пять стерлядей, у Федора Пахомова – четыре и т.д. Всего в Москву к Великому Государю с Бело озера  за  октябрь отправлено  осенней   оброчной ценной рыбы, что «имата у рыбных ловцов», двести восемь судаков и щук да киснемского, крохинского и ухтомского улову 495 стерлядей.  Кстати, стерлядка, если  без оценки, принималась  по  алтыну, но  в  Москве пуд  данной рыбы стоил  семь с половиной рублей.

          Из «Грамоты стряпчего Михаила Молчанова в дворцовые волости (ездовые) старостам и целовальникам». Дано указание о подготовке к погонной ловле на прорезных судах, для чего необходимо выделить  по пять человек работников с волости в село Крохино. А крестьянам Иванова Бору в реке Шексне сломать все засеки, которые ими же были учинены для рыбной ловли, тотчас, без остатка. «К сей памяти стряпчий Михаил Молчанов печать свою приложил».

           Взимались деньги за рыбную ловлю  с владельцев поместий и вотчин. Как  с каждого суденышка, будь то лодка или челн,  так и с рыбных закупщиков, прасолов. «Оброчные деньги получены сполна, а у кого принимал, в том им росписи да своею рукой водив…», - записано в документе «Памяти стряпчего Рыбного Двора Михаила Молчанова».  Денежную казну принимал приехавший из Большого Дворца приказчик.

           В волости Липина Бору оброк брали с шести лодок, с  Муньги – двадцати, села Вашкия – семнадцати, Киснемской волости – восемнадцати  и т.д. Всего со ста пятидесяти лодок да киснемских челнов. К ним добавляется ещё пятнадцать лодок (из них семь – закупщиков и прасолов с Ковжской пристани, шесть – с Киснемской пристани и  с двух лодок «Ярофея Досежина и Ивана  Андреева сына Тястинова»).

             Были случаи, когда рыбаки по разным причинам  не могли выплатить оброк, тогда власть входила в положение должников  после разбирательства.

                                                  Столбцы.

В документе от 9 июля 1642 года «Распросные речи крестьян Липиного Борку помещиков Федора и Гневыша Моложениновых Ивана Ефтиорьева и Петра Кузмина об освобождении их от уплаты денег за рыбную ловлю приказным человеком Рыбного двора Алексеем Турченевым в связи с отсутствием лова рыбы» объяснено, что  «из - за семи ветров  лодки не могли плыть  в озеро», а рыба ушла на глубину от берега.  

14.   

             Рыбу не только потребляли.  Власть на местах заботилась о сохранении  и возобновлении природных водных ресурсов.

Главную роль в этом деле, конечно, отводилась целовальникам (на мой взгляд, прообразу будущих руководителей рыболовецких артелей и колхозов, в одном лице совмещавших обязанности кладовщика, счетовода, кассира, бригадира, рыбнадзора).

          Из «Наказной памяти стольника и воеводы Александра Ивановича Кощелева»  узнаем, что рыбные ловцы, целуя крест, берут на себя обязательство не ловить рыбу в заповедных водах. «С сего числа…по Указу Великих Государей Белозерского уезда Заозерного стану села Мунга все рыбные ловцы, староста Михайло Елизарович Коренев поклялись, что  «ловить не будем в государевых водах». «А сие роспись писал села Мунга ильинский поп Аврам по их, рыбных ловцов, велению».  Но находились, как мы  сейчас бы сказали, браконьеры. До нашего времени дошло несколько  дел о таких нарушителях закона. Ниже одно из них.

«Грамота приказа Большого Дворца о пресечении незаконного лова рыбы…в Заповедной тоне помещиком Киснемской волости Иваном  Кузминым с товарищами». В ней сообщается стряпчему Ивану Грегову да сотнику Михаилу Ядину, что «в озере Белом  в Заповедной тоне киснемские помещики Иван Кузмин с товарищами рыбной ловлей чинят большую поруху (ущерб) и крестьянам своим заказ чинят с большим пристрастием, чтобы они никаких рыбных хул не высказывали…Травят крестьян заповедных, а выборного целовальника Ваську Соснина хотят судить до смерти…посадить в воду».

 «…  Великий Государь хочет учинить прибыль» с данных людей «по пять рублей с вы»… Как понимаете, штраф по тем временам  солидный, когда лошадь можно было купить за два, а холопа -  за два - три рубля.

           Таким образом, документы Белозерского Рыбного двора конца  17 и начала 18 веков позволяют  частично проследить организацию, развитие рыбного дела,  в котором значительную роль играли  крестьяне  нашего Вашкинского  края, где рыба  до сих пор является ходовым товаром, приносящим неплохой  доход. Нужно дополнить, что ловили не только в Белом озере, но и на многочисленных  глухих лесных озерках, называемых «лешими», речках, речушках.

15.

           В «Алфавите всем дачам, состоящим   Кирилловском уезду в Новгородской губернии» отмечено, что практически  все водоемы поделены между помещиками - соседями земельных угодий, а  те, что  от Казенного ведомства,  сдаются в аренду. Как устанавливались  земельные границы, как проходил обмер участков, поговорим ниже. Сейчас вернемся к владельцам озер и речек.

              Например, озеро Нижнее Морозиро  (мы знаем его как Щукинское) принадлежало семействам Гольских,  Дерновых, Золотилову С. И.,   Доронину М. Д., Моложенинову Н. И., Завесиной А. А., Шушеринову В. Ф.

          Озером  Верхнее  Морозеро (Марозеро), богатое лещами, езями, налимами и др., владели  М. И. Патрикеева, В. С. Гольский, Ф. С, Дьякова,  И. В. Козловский,А. А. Акстьянова, Н. Д. Торжнева.

            Павшезерское  озеро делили со священнослужителями девять владельцев, на Дружинном рыбачили двадцать шесть семейств и отписные крестьяне канцелярии Конфискации. Кстати, озеро Волоцкое имело также несколько хозяев, как и Пунжезеро, Святое и т.д.  А  Мунское, Роксомское, Пушторское, Воже (Чарондское) - сдавались в оброк от Кирилловского  уездного казначейства.  

            Предки  владельцев получили данную землю с лесами, речными и озерными водами от государства за  ратную службу в качестве выплаты жалования, нередко единовременно и пожизненно. О  подобных многочисленных фактах свидетельствуют  записи в   писцовых  книгах 1670 и 1710 годов. Нужно  об этом обязательно, пусть и частично, сказать на примере волости Липина Бора Кирилловского уезда.

16.   

           Выше было сообщено о некоторых владельцах  рассматриваемых поместий, но повторимся ещё раз. Деревнями Горшковской и половиной Поныринской владел смольянин Иван Семёнович Михайлов,  другой частью Поныринской и деревней Кокуринская  Васильевская тож – смольянин Матвей Алексеевич Дернов (перепись 1670 г.). Нужно пояснить, что  слова «смольянин, смоленская шляхта»   образованы от слов «Смоленск»  и «шляхт» (дорога), именно там  служили на границе  указанные люди.

             Владелец одной трети деревни Садунино помещик Иван Филиппович  Дернов служил в Смоленске, как и его отец, но из-за болезни («скорбей») вынужден службу оставить (1710 г.). Две  трети данной деревни  принадлежит «вдове Марье Ануфриевой жене Филипова сына Дернова». В господском доме живет сама  пятидесятилетняя помещица с  сыном Григорием восьми лет и «невестка драгунша  жена Авдотья Михайлова  дочь тридцати (лет)» с малолетними детьми. А муж Марьи служил с той поместной деревни под Смоленском, в московских полках, а деверь его, Михайло Дернов взят в драгуны в 1701 году...». Вот еще  примеры.

            По переписи 1670 года   деревушка Глухарево  и   «Шумаево Савинская Новово Доносово тож»  принадлежат «Ефиму и Семену Васильевым детям  Козловским».  

  Через какое-то время   часть поместий становится вотчинами, переходя к  наследникам, другая отходит   государству, какая-то продается, и перепись 1710 года,  ревизии   зафиксировали  подобные   изменения.  

            За драгуном Степаном Афанасьевичем Козловским полсельца Глухарево, а «в нем двор помещиков», где живет «жена его, Степана, Агрофена Петрова дочь сорока (лет)…, а братья мужа Тимофей и Федор служат в драгунах в армии…».

            Другая половина Глухарево в вотчине принадлежит  шестидесятилетнему Семену Васильевичу Козловскому (на 1710 год), который пошёл по стопам отца, смольянина  Офонасия Васильевича Козловского (перепись 1670 г.), и служил  он, Семен, под  городом Смоленском по «выбору» в московских полках «во второй статье». Но вначале была на служба в Переславле, а «отставлен» от полковой службы в 1702 году…  Жене Анне – тридцать…

            За помещиком Алексеем Федоровичем Дерновым  сельцо Щукино, где «двор его помещичий, в котором живет он, Алексей, не женат…». Служил в 1707 году в Переславле… потом в Смоленске. У него «дворовый Михайло Иванов, двадцати трех лет», бывший   ему денщиком.  И еще несколько примеров.

          За смольянином Михаилом Федоровичем Дерновым – дер. Терякина и Нефедовская (1670 г.), а в 1710 узнаем, что  «за вдовой Марьей Михайловой женой Дернова в деревне Терякинской (? нечеткая запись) двор её,  где живет она,  семидесятилетняя помещица, жена Дернова. У неё дети: Илья  тридцати  и Семен – двадцати двух  лет, которые «от драгунской службы отставлены», из-за которой   у Ильи персты (пальцы) правой руки не гнутся, а Семен одержим падучей» скорбью (недугом)… А свояк Никита взят в драгуны в 1701 году и служит в Астраханском полку.

            За смольянином Федором Фирсова сыном Дерновым, как сообщает переписная книга 1670 года,  деревни Есинская, Родионовская Босово тож, Лукьяновская Луковицыно тож.  

              Из деревни  Лукьяновской  взяты на службу  в 1701 году Павел, Петр и Иван Афанасьевы дети  Дерновы. В господском доме осталась жить  «сестра их девка Анисья, двадцати пяти лет».

 За смольянином  Семеном Ивановичем Филиповым – деревня Липова что была пустошью (перепись 1670г.).

              А в  сельце  Логиново  живет (видимо, тот самый) помещик  Семен Иванович Филиппов, которому на момент переписи 1710 года семьдесят шесть лет, вдов. Служил он в выборном полку думного генерала Алексея Шепелева в поручиках. Сын Иван в 1701 году взят в драгуны, а дома его  возвращения ждут  престарелый отец, сестра Федотья, жена Марья  и пятеро детей.  

          За смольянином Петром Елисеевичем Моложениновым деревни Макино, Басаурово, Турина.

          У отставного советника Ивана Михайловича Игнатьева сын Семен  премьер - майор,  другой  - «прапорщик Афонасий служит в Лейб-гвардии Преображенском полку», а внуки продолжат….   Данный список служилых людей на этом не заканчивается.

           Можно с уверенностью утверждать, что именно  в военных династиях  кроются истоки  мужества, бесстрашия, стойкости  русских воинов! Им, защитникам  Отечества, не впервые жертвовать собой, жизнью,   защищая интересы государства, охраняя  его рубежи.

17.

                Возвращаемся  к вопросу  межевания  земельных наделов.  Но вначале  небольшая  историческая справка.

               Неоднократно предпринимались  попытки при Петре Первом, Анне Иоановне и Елизавете Петровне организовать работы по  государственному межеванию для получения сведений о состоянии землепользования, пополнения  за счет налогов денежной казны и, конечно,  для прекращения бесконечных споров о земельных границах, не раз  доводящих до кровопролития. Но большинство попыток терпели неудачу по причине юридического характера, как пишет ученый  В. С. Кусов в  вышеназванной книге.

               Дело заключалось в том, что  межевщик (межевой инженер) перед началом работы  по установлению границ, измерения площади угодий обязан был потребовать документ на право землевладения. При отсутствии такого, мог сам изъять землю в пользу государства. При Екатерине Второй был найден выход, казалось бы, из тупиковой ситуации. Дальновидный политик  князь А. А. Вяземский предложил  решение, которое  очень заинтересовало помещиков. Суть его такова.

             Для получения документов при новом Генеральном межевании на вечное владение землей необходимо полюбовно решить с соседями вопрос о границах, самим обозначить их столбами и просеками, не предъявляя  никаких документов. Но если таким способом не удавалось решить пограничный вопрос, то окончательную точку в споре ставил суд, но  уже с требованием  от   землевладельцев  нужных бумаг.

              В сентябре 1765 года особым манифестом  было объявлено о начале нового Генерального межевания.  Создано при правительстве межевое ведомство –  межевой экспедиции Сенат. Конечная цель его работы – создание межевого паспорта землевладения в двух экземплярах.

             Межеванию  предшествовала большая организационная  работа (кстати, на протяжении всей данной кампании), включавшая в себя и подготовку специалистов (создание дополнительных межевых школ),  и определения площади земель для измерения, их состояния, сроков, утверждения штатов, норм выработки, расценок, оплаты и т.д. Но нас, в первую очередь, интересует, как проходило межевание  Новгородского наместничества  Кирилловского уезда, в частности, волости  Липина  Бора. Но для полноты картины  нужно, хотя бы коротко, рассказать об организации  в Новгороде межевой конторы.

18.

             После межевания центральных территорий дошла очередь и до Новгородской губернии. Для всенародного ознакомления напечатан и разослан по учреждениям  Указ о  межевании земель  в Новгородской губернии, а  Указ от 29 мая 1778 года «Об организационных мероприятиях образования Новгородской межевой конторы» передает напряжение тех дней. Нужно привести отдельные цитаты.

 «…Предписано землемерам оказывать…безграничное повиновение и всякую учтивость и всевспоможение к настоящему успеху сего дела…недерзания, никакого своеволия, наглостей, сопротивления…  А землемеры должны следовать закону, указам, инструкциям, а иначе с землемерами будут поступать как с преступниками….   Межевые конторы состоят в подчинении Межевой канцелярии, должны знать, что в ней состоит обер- прокурор Рожнов, надворный советник Венгерский и асессор  Корольков»…

            В губернском городе  Новгороде создается межевые канцелярия и контора, подчинявшиеся аналогичной в Москве,  в уезде – подобная.  Вопрос с кадрами решался  неплохо, но  землемеров  остро не хватает. Частично переведены специалисты из Смоленска, Калуги, Тверской, Ярославской, Костромской  межевых контор. По строгим критериям людей набирают из отпущенных вечно на волю господских людей, поповских, солдатских детей, военных служителей из батальонов и т.д. Сенат межевой экспедиции  приказывает иметь дополнительно хотя бы двадцать человек. К будущему лету должно быть сформировано 151 землемерная партия и дополнительно – семнадцать, на людей рассчитывается количество рационов и т.д.  (Указ от 25.12.1779 г.).  Перелистаем пожелтевшие страницы  документов.

 19.

             Всем желающим служить землемерами предлагается прибыть  в Москву  в Межевую канцелярию для сдачи экзамена, позже его можно будет сдавать и в Новгороде.  Увеличен набор в межевые школы, но берут для обучения не всех, только тех, « кто знает арифметику, отчасти геометрию, умеет копировать планы и читать». После учебы и освидетельствования ученики получали патент, им присваивалось по знаниям   «первоклассный ученик» (оклад 60 рублей) или «второклассный» (40 руб.). Землемер (в зависимости от классности, чина – 300 руб.)  или помощник землемера (мог быть сержантского чина),  «отличившимся познанием наук» (250 руб.)…  А кого-то,  нерадивых или неспособных, начальство могло и не взять за неспособностью к межеванию,  дав  паспорт и  аттестат, какой  человек  заслужил своим поведением. Или  он переводился  на другую должность, как двух солдатских детей направили в Олонецкий край почтальонами. А прапорщика Кутузова из Межевого корпуса освободили из-за неспособности к работе (от 18.01.1779 г.). Были и более драматические случаи, когда кого-то из разжалованных после суда  забирали в солдаты, например, за подделку документов  и другие преступления. Несколько  других примеров.

            Из Дела  Новгородской межевой конторы  от 1780 года узнаем, что штык-юнкер Неелов за ненадлежащие поступки посажен на хлеб и воду.

          Из Новгородского наместнического правления в межевую контору поступил указ сообщить о результате рассмотрения   в суде   дела копииста Попова с товарищами, которые избили и ограбили белозерского второклассного землемера прапорщика Перегудова, забрав у того  шубу, деньги,  табак  (1779 г.) Но  сержанта великолуцкого батальона Петра Басковского за «познание им принадлежащих к межеванию наук» определили в помощники землемера ( от 16.01.1779 г.).

          Итак,  в Новгородской губернии  все готово к работе. Сформирован штат, решен вопрос с квартирами («как  и военным командам, их давать узаконено»), выделены из  государственной  казны  деньги,  разработаны, уточнены  инструкции. Также обустроены покои (помещения), завезены столы, «зерцала», стулья, сукна, коробки с гербовой и простой  бумагой.  Межевые контора и канцелярия  в Новгороде начали работу, а следом  открылась контора  в городе Кириллов. Из Указа  от 7 марта 1779 года, поступившего в Сенат,  узнаем, что  Новгородское наместничество уведомляет  о действительном вступлении землемерных партий в полевую работу. Что конкретно предшествовало межеванию дач в уезде?

20.

               Заранее каждый землевладелец обязательно подавал в уездную контору на регистрацию доверенность, так называемое «Верящее письмо» на имя своего доверенного лица, обычно крестьянина, хорошо знавшего границы земель, угодий, сенокосов и т.д.  Письмо заверялось свидетелями, которые его подписывали. Данный документ обязательно хранился в деле, а при спорном вопросе отсылался в вышестоящую контору.

             На местности  межевание начиналось с прибытия  землемерной команды, состоящей из  12 - 15 членов, которые  приезжали  на повозках, из расчета  по три человека  -  на подводу. Размещались   в крестьянских избах на время работы в данном уезде.  Какую-то  оставшуюся часть продуктов привозили с собой. А недостающую  - покупали    на месте. В набор  входили  хлеб печёный, мука ржаная, масло постное и молочное, крупа, рыба, яйца, соль, несколько баранов. Для скота - сено, овес.  Помимо рационов  каждому полагались  денежные выплаты соответственно чину.

            Сохранился документ, обязывающий помощника землемера Ф. Шульгина возместить в казну  конторы деньги, которые он не выдал двум солдатам из своей команды. Дело раскрылось совершенно случайно. Солдатики  устроили побег, но были  вскоре задержаны. При допросе они объяснили причину, рассказав  об учиненных им обидах.

          Межевые документы (полевые записки, рапорты,  черные межевые книги, спорные дела  и т.п.) в Кирилловском уезде Новгородской губернии, волости Липина Бора  подписаны  вышеназванным помощником землемера Федором  Егоровичем Шульгиным, переведенным в Новгородскую  межевую контору из Тулы.  

            Каким набором  инструментов пользовались  землемеры и он, в частности?  В первую очередь, мерной цепью, которой солдаты  или крестьяне обмеряли границы земельного участка.  Данная цепь  изготовлялась длиной в 10 сажень из железной проволоки диаметром 4 мм  и состояла из 70 звеньев – колен. Через каждые десять или семь колен крепилась небольшая латунная бляшка с цифрой – номером сажени. Для ускорения дела, порой работало две пары людей, т. е в четыре руки, т. к. нужно было выполнять установленный план по межеванию, часто  без выходных.  Позднее мерная цепь заменена легкой и простой в употреблении  стальной лентой землемера (рулеткой). Другими, не менее важными приборами для измерения, являлись транспортир, циркуль, линейка и астролябия  для измерения углов, главное, чтобы была привязка на местности, типа церкви или другого высотного ориентира. Находящийся рядом писец  внимательно записывал результаты измерений, по которым в Чертежной делался простой геометрический план данной дачи с описанием. Вся работа  велась в соответствии с положениями, параграфами межевой инструкции,  количество которых  достигало свыше 120 пунктов. За ударную работу землемер получал вознаграждение: денежное или повышение в чине  (планка премий начиналась от десяти тысяч десятин). Ниже приведены отдельные документы  из  межевых  дел по волости Липина Бора.

21.

            «Дело писцовой церковной земли церкви Живоначальные Троицы что на Липине Бору, отводная сказка, полевая записка и черная межевая книга», поданное 7 июля 1780 года, содержит довольно подробный материал об участии людей,  заинтересованных в межевании, самом  его процессе, владениях соседей, граничащих с   данной землей (на мой взгляд,  отдельная информация и сегодня звучит  актуально).

           «Межевание в присутствии священника  Ивана Алексеева, дьякона Михаила Федорова через сие объявление, что состоится  в вышеуказанном уезде в Заозерском стану писцовой церковной земли во владении нашему, принадлежащее вышеписанной церкви земли… Угодья отводить будем по самой сущей справедливости…по прежней писцовой и межевым (книгам), только урочищам и по владениям твоим, входящим до 1765 году … точно. Новые …владения не захватываем, как и чужих земель, и не уступаем своих в постороннее владение…а в случае с соседями  споров  поступать будем совестно, тихостно (спокойно) и  ответственно… При том отводе на землях засек, государственных пустых земель и выморочного недвижимого имения, где оные найдутся, ни для чего, конечно, не утаиваем.

          Во время межевания на межу являться непременно в указанное время и с межи самовольно, без ведома землемера не отлучимся и  (к) полевым межевым запискам и по окончании межевания и межевым книгам и планам руку прикладываем… Ссор, драк и никаких худых противных указом поступков оказывать не будем. В противном же случае подвергать себя всем предписаниям в межевых инструкциях  положением»…

             В данном деле указано, что  церковная земля соседствует  с владельческими дачами д. с. с. И. М. Игнатьева, деревни Поныринская общего владения капитана Евдокима Михайлова сына Сытина и прапорщика Александра Иванова сына Ратькова. Также   с ней граничат отхожие сенные покосы, принадлежащие к селу Муньга общего владения капитана Евдокима Тихонова сына Сытина и владения вдовы помещицы Марфы Яковлевой дочери Коротневой и помещика Дмитрия Степанова сына Ратькова. Проходит межевая граница по всем дачам владения д.с.с. И. М. Игнатьева, пожням Васильева, принадлежащих к деревне Васильевской общего владения майорши Ирины Ивановны Баршовой и поручика А. М. Дернова.  Как и пожни, принадлежащие к деревне Поныринской общего владения  капитана Е. Т. Сытина и прапорщика А. И. Ратькова; покосы, принадлежащие к д. Горшевской,  владения д. с. С. И. М. Игнатьева.  Подписан данный документ священником церкви Живоначальной Троицы что на Липине Бору Иваном Алексеевым и той же церкви дьяконом Михайло Федоровым.

             В итоге  землемер Шульгин пишет, что отмежевана писцовая церковная земля Живоначальныя Троицы что на Липине Бору, владения церковно и священнослужителей, как и пустошь Федуринская (Федулинская)  владения  И. М. Игнатьева «К сея сказке кирилловского межевателя  Данило Рябинин вместо поверенного Никифора Васильева по его прошению руку приложил».

22.

В «Деле деревни Горшевской действительного статского советника Ивана Михайловича Игнатьева по спорному делу пустоши и Ребрикова починка»   сохранилось  «Верящее письмо, поданное 14 мая 1780 года крестьянину Василию Яковлеву» от помещика И. М. Игнатьева (нам  оно интересно, как один из образцов, по которому писались подобные письма).  

  «В прибытие определенных для размежевания в Кирилловском уезде земель землемером на дачи, принадлежащие к деревне моей Горшковской  Горшевская тож и другие, состоящие в том уезде за мною дач и же пустошей тем землемером от межных владельцев их отводиты и при отводах со смежными владельцами своих дач быть, полюбовно с ними разводиться и полюбовно разводы подавать, а в случае несправедливого кем из-за дач моих отвода к своим владениям земли, споры объявлять и потом полюбовно с ними разводиться, когда же необходимо будет, то в смежных канцеляриях и конторах челобитные подавать. К выпискам …будет руку прикладывать и при слушании дел быть. Верю я тебе, и что ты учинишь. Спорить и прекословить не буду». Подписи И. М. Игнатьева и др.  

           Для полноты картины нужно добавить, что «Дело пустоши Ребрикова починка Ведомства коллегии экономии, сдаваемые в оброк от Кирилловского уездного казначейства, бывшего владения Кириллово - Белозерского монастыря»  закончилось в пользу крестьян села  Вашки. Под  данным прошением с просьбой восстановить справедливость руку приложил (подписался) выборный Тит Степанов по просьбе крестьян, в том числе  и мирского старосты Никифора Никитина, сотенного Козьмы Филипова, выборного Герасима Иванова.

           Данная доверенность  «Сие верющее письмо в Кирилловской нижней регистратуре явлено и подлинником в книгу записано под №65, что оное крестьянину Ивану Кирилову дано по мирному приговору и вместо мирских людей подписано священником Петром Григорьевым. В засвидетельствовании того подписали в 1778 году  9 июля заседатель Михайло Иванов, заседатель Егор Александров, заседатель Иван Бибиксаров,  заседатель…Тарасков».  

23.

           В «Деле по деревне Поныринской с пустошью Саврасовой общего владения  капитанши Сытиной и прапорщика Ратькова»  сообщается, что  полюбовное размежевание дачи проведено 18 июля  1780 года.    

            В следующем  документе  «Дело отхожих сенных покосов Борисовской Чищи, принадлежащей деревни Поныринской, владения капитанши Аграфены Артамоновны дочери Сытиной»  сохранилась  хозяйская доверенность, в которой повторяется та же главная  мысль, как и в других  подобных,  не допустит волнений, смуты, недовольства населения.  Отдельные выдержки из нее вашему вниманию: «не к чему объявлять споры, когда необходимо будет, то к межевой канцелярской конторе челобитные подавати», « уверена, что ты, слушая дело, не будешь впредь спорить и прекословить», решать «полюбовно со смежными владельцами дач» и др.

          «Верящее письмо» от капитанши Аграфены Артамоновны Сытиной  на часть ее владений поверенному  ее крестьянину Никифору Васильеву подтвердили  белозерский  помещик секунд- майор Дмитрий Рындин (?) и кирилловский помещик поручик (неразборчиво). «Сие верящее письмо подписано точно … госпожей и капитаншей Сытиной, в чем и засвидетельствовали».

            Федор Шульгин в Кирилловскую межевую контору доложил, что при межевании вотчины в 1786 году А.А. Сытиной в Кирилловском уезде Заозерского стану отхожие сенные покосы, пожни Борисовской Чищи, земли и сенные угодья до 1765 году принадлежали данной помещице, то есть господа имеют указанные владения и чужих земель не захватывали.

 24.

 В «Деле межевания сенных покосов на берегу Белого озера действительного статского советника Ивана Михайловича Игнатьева с протчими»  указано, что межевание проведено помощником землемера Ф. Е. Шульгиным в июле 1780 года. Поверенный помещика крестьянин Василий Яковлев. Данные сенные покосы являются общим владением с капитаншей А. А. Сытиной, прапорщиком А. И. Ратьковым, вдовой майоршей И. И. Баршевой, поручиком А. М. Дерновым. Привожу длинную цитату, чтобы передать атмосферу  тех далеких дней.

            «В 1780 году 8 июля по полуночи в восьмом часу учинена межа  в Кирилловском уезде Заозерного стану  отхожие сенные покосы по озеру  Белому общего владения от столба, поставленного при споре от межи села Знаменского Муньга тож»  и т.д. Поверенной Сытиной – Григорий Михайлов, от церкви Живоначальные Троицы – священник Иван Алексеев, диакон Михаил Федоров, а от прочих владельцев поверенные для отводу в той даче не явились… Сверялись с посторонними («второнними») крестьянами, имена вписаны в приказ при полевой записи». Подписано И. М. Игнатьевым, служителем Иваном Осиповым и концовка, типичная для такого рода документов. «К сей полевой записке села Вогнемы дьячок Илья Петров вместо понятых Абросима Паршина с товарищами по их прошению руку приложил».

           Хотя доверенные лица  помещиков давали обязательство решать споры «полюбовно», на деле конфликты  неоднократно  завершались  кровопролитием, дракой прямо на поле, когда не хватало доказательств. Примеров, довольно жестоких, сохранилось  достаточно.  После инцидента  начальству  следовал рапорт помощника землемера, серьёзное разбирательство и проверка всех архивных документов, включая писцовые книги на право землевладения.  Примером  является «Дело спорное по рапорту землемера помощника Шульгина о землях деревни Горшковской,  пустоши Булышевского починка села Вашкия, пустоши Ребрикова починка Г. Г. Игнатьева, Уваровой, Боршевой и экономических крестьян». В названном  деле приложен подробный рапорт в межевую  контору Новгородского наместничества от кирилловского в должности помощника землемера Шульгина.   Суть донесения в том, что при межевании дач помещиц вдовы Уваровой и Баршевой их поверенные крестьянин Иван Васильев и дворовый человек Иван Епимов затеяли спор, объявив, что с левой стороны началась земля их господ, пустошь Булычевский починок, который с давних лет «состоит в сильном завладении» крестьян села Вашкия с деревнями.

            Далее Шульгин сообщает, что крестьяне села Вашкия ранее подавали исковое челобитье в бывшую белозерскую провинциальную канцелярию, но в каком году именно оно подано, того показать не упомнят.  Иван Кирилов (поверенный с. Вашкия) по незнанию своему показал на то место, обведенное на плане, по которому был спор, но та земля с давних лет у крестьян села  на оброке от Кирилловского казначейства…

            При спорном том объявлении бывшие (присутствующие) понятые, в том числе и Павлов с товарищами, спрашиваемы были под присягой, они показали, что за давностью и лесными местами о том не знают. По записанию вышеозначенного спора по пустоши Булычева починка понятые были «призваны» и по силе землемеровых инструкций 45 пункта увещеваемы (убеждаемы), но остались при своем показании, учинив рукоприкладство… Тот спорный их отвод значится на плане под литерами А, В, С, Д, а бесспорные владения Ребрикова починка на плане под №2…

   Данное спорное дело разрешилось  быстро. Начато 1 января 1781, закончено 26 февраля  того же года. По решению межевой конторы Новгородского наместничества помещицам Уваровой и Боршевой  в иске отказано, а спорный отвод уничтожен. Межа  учинена (сделана) в пользу крестьян села Вашки.

              Но были случаи, что уже после подачи жалобы на несправедливое межевание, стороны могли   отозвать жалобу, договорившись между собой.  В одном из прошений читаем, что «…развелись полюбовно по описанным в том прошении линиям и просекам». Просят утвердить «по тем назначенным местам в натуре формальные межи и апелляцию уничтожить».  Нужно дополнить, что «за неправое челобитье (оговор) на землемеров» брались штрафные деньги с землевладельцев. Начальство защищало своих добросовестных работников и к их просьбам относилось внимательно, оперативно решая  их.  Один из примеров.

25.

             В межевую Новгородскую  контору из Твери перевели третьим членом секунд- майора  Матвея Копьева. Он подал челобитную с просьбой оставить его в прежней должности землемера, т.к. в новой судейской должности будет получать жалования меньше, а у него шестеро детей и всего 18 душ крепостных. В просьбе Копьеву начальство не отказало.  

             В  казенном приказе по данному сотруднику (от 21.01.1779 года) трогательно и как-то душевно   звучат слова, дающие  и  нам, людям  21 века, ориентиры  в  отношении поиска своего места, занятия в жизни.  «…Не взыскивать ни одного сверх его возможности, но желаем, чтоб каждый трудился по собственной силе и способности, а ежели кто найдет себя несклонным ко возложенным на него делам, то всякой … и каждый может просить в службе такого места, в котором он находит силы свои уравнены…».

             В целом межевание  волости Липина  Бора прошло организованно, пусть и небесспорно. По крайней мере, в «Списке казенных земель, отрезанных за несправедливые споры и за не предложением крепостей» Новгородского наместничества  отсутствует Кирилловский уезд.

             В завершении данной работы «Русская Атлантида или неизвестная  история  деревень», основанной на архивных документах РГАДА, нужно отметить, что территория волости Липин Бор Белозерского, а позднее Кирилловского уезда, Новгородской губернии включала в себя совсем немного владельческих деревень, объединенных вокруг Погоста Троицы что на Липине Бору.  Вышеназванной  волости деревни Горшевская, Поныринская и  земля церкви Живоначальныя Троицы в 20 веке вошли в состав  современного  райцентра  Липин Бор Вашкинского района Вологодской области. Местные жители  испокон веков здесь занимались сельским хозяйством, рыбной ловлей, ремеслами, обустраивали землю, обретали  личное счастье,  не оставаясь в стороне от социально-экономических потрясений. Войны, которые вела Россия, отражались на жизни всех: и дворян, и крестьян… Вместе со страной  край переживал подъём  и упадок, опустошение и возрождение деревень.  Но поколения, сменяя друг друга, сумели сохранить и передать нам, нынешним потомкам, самое главное -  любовь к родной земле,  упорство в стремлении преодолевать трудности, желание и умение трудится и, без сомнения, веру, надежду на лучшее!  

Часть 3.  Участие вашкинцев в Первой мировой войне

Список воинов царской армии

Этот «Список…» - дань уважения, памяти простым людям, крестьянским парням, воевавшим и в Первой мировой войне, и с Японией. По - разному сложились их судьбы. Кто-то не вернулся домой, кому-то удалось выжить, вопреки всему, но каждый из них был героем!

          Что ты знаешь о своем Герое? Его кровь течет в твоих жилах, ты похож на него, своего прадеда, деда… Хочется верить, что благодарные потомки смогут дополнить скупые строки документа. Смогут рассказать о дальнейшей жизни вернувшихся с войны, их детях, семьях, оставшихся без кормильца.

          Пусть не иссякает людская река памяти. Пусть примеры героизма, воинской, трудовой доблести, ответственности за страну, близких, родных  вдохновляют нас, ныне живущих!

          Данный «Список…»  неполный, нуждается в уточнении и доработке.

          Сердечное спасибо сотрудникам Вологодского архива за предоставленные материалы  фонда №1176.

Список солдат, призванных на службу в русскую императорскую армию, участников Первой мировой и Русско-японской войн  по Вашкинско-Ухтомской волости, Кирилловского уезда,    Нижегородской губернии.

Селение Горшевская (село Липин Бор).

1.Из семьи Смирновых Макара Яковлевича и первой жены Марии Ивановны служили сыновья:

Смирнов Андрей Арефевич.  Год рождения 14.10.1886 г.

Андрей в 1908 году принят на службу и отпущен домой по болезни навсегда.

 Смирнов Василий Арефьевич. Г.р. 18.03.1889 г.

Василий принят на службу впервые в 1910 году. Он же убит неприятелем 10 марта 1915 года в Галпут., (Галиц.?). Сообщение Кирилл. Уездн. Вашкинского начальника от 13 апреля №5513.

2. Зайцев Алексей Андреевич. Г. р. 15.03.1892 г.

Алексей поступил на службу в 1913 г.

Зайцев Иван Андреевич. Г.р.  22.06.1895 г.

Иван принят на службу в 1916 году.

Оба они жили вместе с  семьей брата Зайцева Сергея Андреевича (г. р. 24.09.1874 г.) и матерью Александрой Петровной.

3.  Зайцев Иван Иванович. Г.р.  13.09.1879 г.

Поступил на службу в 1901 году и прибыл домой.

Ивана жена Варвара Александровна. Ей было 17 лет к 1910 г. Родился сын Александр в 1913 г.

Жили в семье брата Зайцева Василия Ивановича (г.р. 28.12.1876), брата Алексея Ивановича (11.02.1883 г.р.) и матерью Евдокией Ивановной.

4.  Из семьи Капарулина Ивана Алексеевича (г. р.13.09.1866) и Веры Спиридоновны – сын.  

Капарулин Евстафий Иванович. Г. р. 19.09.1891 г.

Евстафий поступил на службу, в 1912 году вернулся. Он же пропал без вести в бою 18 июня 1915 года. Сообщение команд. 5 фин. стр. полка от 24.09.15 г. за № 5492.

5. Из семьи Арсеева Александра Дмитриевича (29.09.1864 г.р.) и Людмилы Александровны -  сын Арсеев Федор Александрович.

Г.р. 04.06.1894 г. Федор принят на службу, вернулся в 1915 г.

Жена Федора Анна Александровна. Ей исполнилось 19 лет к 1914 году.

6. Из семьи Зайцева Николая Федоровича (08.05.1862 г.р) и Парасковьи Ивановны  – сын Зайцев Андрей Николаевич. Г. р. 19.08.1895 г., принят на службу в призыв 1 января  1915 г.

6. Из семьи Переваричева Ивана Ардамоновича (13.11.1872 г.р.) и Анны Ивановны – сын Переваричев Николай Иванович. 

Г. р. 24.11.1900 г.

В документе сделана отметка: на службе.

7. Из семьи Суслова Евстафия Васильевича (03.05.1848 г.р.) и Анны Ивановны – сын Суслов Кузьма Евстафьевич. Г. р. 10.10. 1886 г.

Кузьма пропал без вести в Германии.

8. Из семьи Кузьмина Николая Кузьмича (04.12.1862 г.р.) и Марфы Анатольевны – сын Кузьмин Игнатий Николаевич.

Г. р. 29.01.1887г. Пропал без вести.

Жена Игнатия - Надежда Иринарховна. Ей 21 год к 1907 г.

Дети Игната: сын Иван Игнатьевич (19.04.1908 г.р.), дочери Анна (4 лета к 1914 г.) и Анисья (1 лето к 1914 г.)

Сын Кузьмин Александр Николаевич. Г. р. 10.08.1895 г.

Убит в бою у дер. Царти (?) 5 июля 1916 г. Предпис. Уезд. Вашкин. Начальника земск. начальн. (неразборчиво) 31 июля 1916 г. № 12284.

9.Из семьи Рыбичева Осипа Николаевича (03.04.1853 г.р.) и Пелагеи Кузьминичны – сыновья:

Рыбичев Александр Осипович. Г. р. 29.08.1885 г.

Убит в бою 20 августа 1905 года. Сообщение команд. Л. гв. Филл. полка от 26 сент. 1915 г., № 8446.

Жена Александра Осиповича – Анна Ивановна, ей 23 года к 1907 г. Дети: сыновья Григорий (3 лета к 1914 г.),  Николай (полгода к 1914 г.), дочь Анна (родилась 24 мая 1908 г.).

 Рыбичев Василий Осипович. Г. р. 12.04.1893 г. Принят на службу в призыве 1914 года.

10. Арсеев Николай Васильевич. Г. р. 03.02.1890 г. Умер на войне.

Записан в документе его сын Александр Николаевич (11.10.1913 г.).

Отец Николая – Арсеев Василий Дмитриевич (25.04.1859 г.р.).

                                   Селение Ильгино 

                  Вашкинской волости, Кирилловского уезда.

1.Из семьи Шаруева Николая Александровича (25.05.1867 г.р.) и Матрены Кузьминичны сын  Шаруев Григорий Николаевич. Год рождения 14.11.1894 г.

 Григорий принят на службу в призыв 1915 г.

2.Быстров Кирилл Михайлович. Г. р. 14.02. 1896 г. Умер на войне.

Отец Быстров Михаил Захарович, мать Евгения Ильинична. Братья Кирилла: Гаврил, Павел. Сестры: Анна, Елена.

3. Левичев Евгений Иванович. Г. р. 07.03. 1887 г.

Евгений поступил на службу в апреле 1908 г. и возвратился домой. Его жена Александра Алексеевна, дочери Мария (1 год к 1914 г.)  и Марина (полгода к 1914 г.).

Отец Левичев Иван Ильич (20.06.1851 г.) и мать Анна Кузьминична.

4.Шаруев Федор Иванович. Г. р. 09.11.1893 г.

Федор принят на службу в призыв 1904 года и пропал без вести в бою 5 сентября 1915 года. Сообщение Кирилловского уездного полицейского правления от 28 октября 1915 г. № 3524. Воспитывался мачехой Марией Афанасьевной.

Федора жена -  Елена Ивановна. Ей 17 лет к 1914 г.

5. Из семьи Климова Петра Климовича (23.08.1862 г.р.)  - племянник Василий (14.03.1894 г.), т. е. сын сестры Климовой Марфы Климовны, принят на службу в призыв 1915 г.

Селение Берниково

Вашкинской волости, Кирилловского уезда.

 1. Иванов Павел Васильевич принят на службу в призыв 1914 года, убит.  Отец Василий Климович Иванов.

Селение Борок

1. Басков Афанасий Никанорович. Год рождения 06.10.1878 г.

Принят на службу в призыв 1900 г. Прибыл домой.

2.  Марков Илья Васильевич. Г. р. 18.05. 1887 г.

Убит 11 февраля 1906 г. во время дневной разведки. Сообщение команд. Уездн. Вашкин. начальника  от 23 февраля №2934.

3.  Марков Дмитрий Васильевич. Г. р. 14.11.1890 г.

Поступил на службу в призыв 1912 года и вернулся домой навсегда.

Отец Ильи и Дмитрия -  Марков Василий Антонович (07.01.1847 г.р.).

4.  Копейкин Петр Александрович. Г. р. 21.12.1893 г.

 Поступил на службу в призыв 1914 г.

5.Филлипов Петр Антонович. Г. р. 02.09.1892 г.

Принят на службу в призыв 1913 г.

6. Окулов Павел Филиппович. Г. р. 02.06.1889 г.  Принят на службу в призыв 1910 г.  Жена Ольга.

Селение   Порожки

1.Алушин Александр Гаврилович. Год  рождения 12.05.1889 г.

Принят на службу в призыв 1910 года. Вернулся домой.

2. Рублев Василий Федорович. Г. р. 26.12.1894 г.  Призыв 1915 г.

 Родители: отец Рублев Федор Гермогенович и мать Елена Лукина.

3.Рублев Кузьма Ефимович. Г. р. 29.10.1887 г.

Призыв 1904 г. Вернулся.  Отец Рублев Ефим Сергеевич.

4.Малахов Андрей Дмитриевич. Г. р. 14.08.1894 г.

Призыв 1915 г. Отец Малахов  Дмитрий Яковлевич (октябрь 1863 г.р.).

                             Селение Вашкозеро

1.Капитонов Петр. Год рождения 24.11.1890 г.

Призыв 1912 г. Петр при освидетельствовании Белозерским уезд.(?) принят на службу 6 октября 1916 года.  Его мать Архелая Петрова.

2. Ерофеев Михаил Семенович. Г. р. 27.09.1882 г.

Поступил на службу в призыв 1903 года и прибыл домой.

Жена Михаила Манефья Богданова (18 лет к 1908 году). Их дочь Александра (родилась 22 апреля 1904 г.).

Родители Михаила: отец Ерофеев Семен Ерофеевич, мать Агафья Яковлева.

3.Тимофеев Алексей Александрович. Г. р. 13.03.1892 г.

В войну с Австрией и Германией в 1915 году пропал без вести. От команд. 107 (?) полка №2078.

Мать Дарья Андреева. Брат Иван (г. р. 13.03.1902). Сестры Мария, Александра, Елена.

4. Тимофеев Терентий  Захарович. Г. р. 11.03.1881г.

Поступил в военную службу в призыв 1902 г.   Прибыл домой.

Жена Феоктинида Михайлова. Исполнилось 20 лет к 1914 году.

5. Ромашов Алексей Арсеньевич. Г. р. 03.02.1893 г.

Принят на службу в призыв 1914 г.

Отец Ромашов Арсений Васильевич, мать Афанасия Иванова.

6.  Ромашов Федор Родионович. Г. р. 07.02.1890 г.

Призыв в 1911 г. Отец Ромашов Родион Васильевич (1842 г.р.), мать Саламанида Иванова.

7. Богданов Семен. Г. р. 01.09.1895 г. Призыв в 1915 г.

Родители Семена:  был усыновлен Шабариным Мартиньяном Васильевичем (1864 г.р.). Жена Семена –Александра Александрова. Ей исполнилось 19 лет к 1914 г.

                                  Селение Верхнее Хотино

1. Маков Александр Иванович. Год рождения 14.03.1889 г.

 Призыв  в 1910 года.

 Отец Маков Иван Гордеевич (1861 г.р.), мать Ирина Степанова.

2. Шунин Афанасий Поликарпович. Г. р. 14.01. 1888 г.

Призыв  в 1909 г.

Отец Шунин Поликарп Кузьмич (1850 г.р.), мать Марина Гаврилова. Братья Алексей, Василий.

3. Яковлев Иван Львович. Г. р. 1010 1889 г. Призыв в 1911 года.

Отец Яковлев Лев Яковлевич (1854 г.р.), мать Парасковья Степанова. Братья Михаил, Гаврил, Федор, Григорий. Сестры Анисья, Мария, Елена.

                                             Селение Нижнее Хотино 

1.Новожилов Семен Савельевич. Год рождения сентябрь 1895 года. Поступил на службу 29.07.1915 г.,  (?) вернулся  в 1916 г.

Жена Семена Наталья Карпова. Ей было 22 года к 1919 г.

Дочь Галина (г. р. 15.05. 1922).

Родители Семена: отец Новожилов Савелий Богдан. (1856 г.р.), мать Матрена Арсеньева. Братья Иван, Никифор, сестра Анна.

2.Виноградов Михаил Акил.(?)  Г. р. 10.01.1891 г.

Отец Виноградов Якил Кириллович (1857 г.р.). Мать Татьяна Степанова. Братья Николай, Василий, Петр, Дмитрий. Сестра Мария.

                                       Селение Митрофаново

1.Махалов Иван Яковлевич Год рождения 22.06.1890 г.

Призыв 1912 года. Убит.

Отец Махалов Яков Антонович (1860 г.р.). Мать Екатерина Иванова. Братья Дмитрий(1886 г.р.), Федор (1897 г.р.). Сестра Александра. Ей было 8 лет к 1903 г.

2.  Лукичев Василий Пиминович Г. р. 01.01.1879 г.

Призыв 1902 года. Прибыл домой. Жена Василия Мария Иванова. Сын Михаил (1908 г.р.). Мать Анисья Парфенова.

3. Демьянов Иван Андреевич. Г. р. 01.02.1898 г.

Пропал без вести.

Отец Демьянов Андрей Иванович (1855 г.р.). Братья Ивана - Осип, Дмитрий, Андрей. Сестры Евдокия, Марта.

4. Мясков Михаил Иванович. Г. р. 08.11.1899 г.

Пропал без вести. Отец Мясков Иван Федорович (1860 г.р.). Мать Авдотья Федорова. Братья Иван, Владимир, Гаврил. Сестры Татьяна, Мария, Евдокия.

5.Фигурин Александр Родионович. Г. р. 18.02.1888 г. Призыв 1910 года. Отец Фигурин Родион Антонович (1860 г.р.). Мать Надежда Никифорова. Брат Прокопий, сестра Серафима.

6. Солдатов Осип Павлов. Убит в бою с германцами 24 августа 1915 года. Предс. земск. от 26 октября 1915 года  № 2220.

Жена Анна Агапова. Сын Павел. Ему исполнилось 9 лет к 1914 году. Брат Осипа Солдатов Иван Павлович (1878 г.р.) Призыв 1900 г. Приписано в документе: «утонул».

Их мать Феврония Лукина.

7. Махалов Александр. Год рождения 06.12.1899.

Махалов Федор.  Г. р. 07.07.1894 . Оба пропали без вести в войну. Отец Махалов Иван Миронович (?) (г.р.1856).  Братья Николай, Василий.

Селение Скоково

1. Абрамов Петр Федорович. Год рождения  23.08.1885 г.

Пропал без вести в Империалистическую войну.

Жена Петра - Акулина Андреева. Их дети: сын Иван (ему исполнился 1 год к 1914 году). Сын Николай (полгода -  к 1914 г.). Дочь Анна (1909 г.р.).

2.Абрамов Иван Федорович.  Г. р. 23.06.1888 г. Призыв 1909 года.

3.Абрамов Николай Федорович. Г. р. 08.05.1891 г. Призыв 1912 года. В документе сделана запись: «перешел в Киснемскую волость».

4. Абрамов Егор Федорович.  Г. р. 05.01.1894 г.  Призыв 1915 года.

Отец Абрамов Федор Ильич (1862 г.р.). Мать Парасковья Кузьмина. У них были братья Николай, Алексей, Сергей, Василий и сводный брат Владимир. Дед Абрамов Илья Абрамович ( г.р. 1834).

5. Михайлов Александр Игнатьевич.  Г. р.  24.08.1883 г.

В 1904 году поступил на службу и умер. Отец Михайлов Игнатий Михайлович  (г.р. 1861). Мать Наталья Кондрат.

6. Михайлов Дмитрий Игнатьевич Г. р. 08.02.1891 г.

Пропал без вести. У Михайловых Александра и Дмитрия были братья Сергей, Матвей.

Селение Медведево

1. Соловьев Михаил Алексеевич. Год рождения 1894 г. Призыв 1915 года. Михаил в войну пропал без вести в бою 23 марта 1915 года. Сообщение земск. начальника 24 мая 1916 года № 1107.

Мать Марья Васильева. Брат Николай (1899 г.р.).

2. Сорокин Иван Сергеевич Г. р. 25.01.1889 г.  Призыв 1914 года.

Жена Ивана - Ольга. Ей исполнилось 25 лет к 1914 году.

Отец Сорокин Сергей Поликарпович (1877 г.р.).

Братья Ивана Петр, Василий.

3.Сорокин Иван Никитич. Г. р. 06.01.1888 г.

Призыв 1909 года. Вернулся домой.

Жена Ульяна Григорьева. Ей было 23 года к 1914 г.

4. Сорокин Зосим Никитин. Г. р. 15.04.1893 г.

Призыв 1914 года.

5. Сорокин Федор Никитич. Г. р. 14.07.1895 г.

Жена Федора Настасья Ферапонтова.

У Сорокиных Ивана, Зосима, Федора были  братья Максим, Николай, Петр, Кирилл и сестры Анна, Ульяна.

Отец Сорокин Никита Дмитриевич (1866 г.р.). Мать Маремьяна Алексеева.

6. Рожков Николай Афанасьевич. Г. р. 27.07.1886 г. Призыв 1907 года. Жена Николая Парасковья Михайлова. Ей 21 год к 1914 г.

Отец Рожков Афанасий Михайлович (1850 г. р.), мать Евгения Яковлева.

7. Данилов Иван Никанорович. Г. р. 21.02.1892 г. Призыв 1913 года.

Отец Данилов Никифор Иванович (1859 г.р.), мать Ирина Васильева. Брат Александр ( 1892 г.р.).

8. Кручинкин Кирилл Иванович.  Г. р. 28.03.1893 г.

Призыв 1914 года. Отец Кручинкин Иван Григорьевич(1860 г.р.), мать Фекла Алексеева. Брат Леонид, три сестры.

9. Колосов Василий Никитич.  Г. р. 24.02.1873 г. Убит в бою против Японии в 1904 г. Мать его Пелагея Фокиева. Сестра Настя.

Селение Давыдовское

1. Мурашев Иван Борисович .  Год рождения 14.06. 1890 г.

Призыв 1911 года.

Отец Мурашев Борис Ефремов (1863 г.р.), мать Степанида Андреева. Братья Ивана: Кирилл, Илья, Егор. Сестра Елена.

2. Барабанов Александр Егорович.  Призыв 1912 года.

Отец Барабанов Егор Федорович (1860 г.р.).

 У Александра были братья и сестра.

Селение Среднее

1. Пасхин Сергей Иванович. Год рождения 1888 год.

 Призыв 1909 года. Вернулся 30.03.1913 г.

2.Чирков Василий Иванович.  Г. р. 25.12.1891 г. Призыв 1913 года.

Отец Чирков Иван Дмитриевич (1866 г.р.). Братья Михаил, Павел.

3. Савков Федор Васильевич. Г. р. 12.09.1895 г.

Призыв 1916 года.  Отец Савков Василий Михайлович (1867 г.р.), мать Наталья Михайлова.  У Федора был брат Николай, сестра Лукерья.

Селение Заднее

1. Черстьяков Иван Петрович.  Год  рождения 06.01.1892 г.

 Призыв 1913 года. Брат Черстьяков Андрей Петрович (1880 г.р.).

 Мать Варвара Иванова.

2.Свинов Александр Михайлович.  Г. р. 22.11. 1889 г.

Убит на войне. Отец Свинов Михаил Никитич (1861 г.р.).

Мать Екатерина Афанасьева. Брат Евдоким Михайлович и две сестры.

3. Свинов Иван Дмитриевич.  Г. р. 18.06. 1895 г.

Призыв 1916 года. Его жена Евгения Павлова.

Отец Ивана – Свинов  Дмитрий Никитин (1867-1922). Мать Анна (?).

4. Реев Николай Лукич. Г. р. 07.12.1891 г. Призыв 1913 года.

Отец Реев Лука Александрович (1849 г.р.), мать Елена Константин.   У Николая было три сестры, брат.

5. Черствяков Григорий Ефимович .  Г. р. 20.01.1893 г.

Призыв 1914 года. Отец Черствяков Ефим Дмитриевич (1844 г.р.). Мать Анна Васильева. Был брат.

Селение Муньга

1. Илюшин Дмитрий Михайлович.  Год рождения  01.11.1871 г.

Пропал в бою без вести 23. 06. 1916 года. Жена Анна Евгеньева.

Отец Илюшин Михаил Ильин. Мать Дмитрия Елизавета Иванова. Брат Евстигней (1882 г.р.).

2. Уханов Федор Степанович.  Г. р. 16.02.1895 г.

Поступил добровольцем в 1914 году.

Отец Уханов Степан Иванович (1858 г.р.), мать Евгения Алексеева. Брат Петр, сестра Анна.

3. Паничев Иван (?).  Г. р. 18.06.1893 г. Призыв 1914 года. Возвратился по неизлечимой болезни в декабре 1914 года. Свидетельство выдано за № 16530.

Приписано в документе: Иван убит в бою против немцев 4 сентября 1914 года. Предс. земск. нач. …(неразборчиво) 14 октября  № 1760.

4.  Есин Кузьма Александрович.  Г. р. 28.10.1893 г.

Призыв 1914 года. Отец Есин Александр Васильевич (1862 г.р.). Дед Есин Василий Евсеев. (1829 г.р.).

5. Епишин Клавдий Леонтьевич.  Г. р. 28.10.1893 г.

Призыв 1914 года. Отец Епишин Леонтий Никанорович (1872 г.р.). Мать Пелагея Иванова. Братья Клавдия: Павел, Федор, Василий.

6. Анхимов Михаил Александрович. Г. р. 08.11.1886 г.

Поступил на службу в 1908 году.

Его братья:  Анхимов Кирилл Александрович. Г. р. 07.07.1893 г. Призыв 1914 года.

Анхимов Николай Александрович. Г. р. 26.07.1895 г. Призыв 1916 года.

Мать их Акулина Яковлева. Есть брат Федор, сестра Анна.

7. Анхимов Андрей (?).  Г. р. 21.09.1895 г.

Призыв 1916 года.  Отец Анхимов Александр Алексеевич (1869 г.р.). Мать Анна Федорова.

У Андрея было 6 сестер и 4 брата (Александр, Алексей, Сергей, Василий).

8. Паничев Федор Николаевич. Г. р. 1888 г. Призыв 1909 года.

9. Паничев Александр Николаевич. Г. р. 1891 г. Призыв 1912 года. Вернулся. Отец Федора и Александра - Паничев Николай Иванович (1860 г.р.). Мать Акулина Павлова. Было еще три брата.

10. Епишин Иван Степанович. Г. р. 28.05.1892 г.  Призыв 1913 года.

Отец Епишин Степан Никанорович (1857 г.р.).  Мать Иронда Иванова. У Ивана было три брата и сестра.

11. Силичев Иван Гаврилович.   Г. р. 29.05. 1894 г.

Призыв 1915 года.

Отец Силичев Гаврил Тарасович (1862 г.р.). Мать Елизавета Антонова. У Ивана были братья Степан, Александр, сестры Евдокия, Фекла.

12. Акимов Григорий Петрович. Г. р. 25.01.1893 г. Призыв 1914 года. Отец Акимов Петр Степанович (1854 г.р.). Мать (неразборчиво). Сестра Анисья.

13. Савватеев Федор Алексеевич. Г. р. 1892 г. Призыв 1913 года.

Жена Мария Алексеева. Дочь Таисия (1913 г.р.).

14.Савватеев Николай Алексеевич. Г. р. 1894 г.р. Призыв 1915 года.

Отец Федора и Алексея – Савватеев Алексей Иванович (1864 г.р.).

Селение Ухтома

1. Зиновьев Тимофей Александрович. Год рождения 20.02.1890 г.

Поступил на службу в 1912 году и возвратился домой навсегда в 1913 г.

2. Зиновьев Александр Александрович.  Г. р. 22.11. 1891 г.

Призыв 1913 года.

Мать Тимофея и Александра -  Маремьяна Андреева. У них было две сестры и братья Сергей, Алексей.

3. Плешков Александр Алексеевич. Г. р. 27.09.1892 г.

Призыв 1913 года.

4. Плешков Павел Алексеевич. Г. р. 3010.1894 г.

Призыв 1915 года. Отец Александра и Павла – Плешков Алексей Павлов. Мать Елена Дмитриева.    

5. Домнин Василий Яковлевич.  Г. р. 10.04.1888 г. Призыв 1909 года. Василий  в бою у Николаева 13.06. 1915 года убит. Сообщение Кирилл. Уезд. Вашкинского нач-ка от 21.02 1916 г. № 2875.

Брат его Домнин Петр Яковлевич, сестра Анна.

6. Захаров Андрей Федорович.  Г. р. 10.08.1894 г. Призыв 1915 г.

 Отец Захаров Федор Иванович (1851 г.р.).

7. Молоков Сергей Васильевич. Г. р. 03.06.1889 г. Призыв 1910 г.

У Сергея было три брата, две сестры.

8.Хрулев Василий Алексеевич. Г. р. 01.12.1884 г. Принят на службу в 1907 году. Жена Ираида Леонтьева. Ей было 19 лет к 1914 г.

9. Печенегов Яков Андреевич. Г. р. 1886 г.  Призыв 1908 года.

10. Молоков Василий Евгеньевич.  Г. р.20.02.1892 г. Призыв 1913 года.

11. Молоков Александр Евгеньевич. Г. р.27.06. 1894 г. Призыв 1915 года. Мать Василия и Александра – Елизавета Инокентьева. У братьев было четыре сестры.

12. Тиминов Николай Никанович.  Г. р. 1891 г. Призыв 1912 года.

13. Кренев Михаил Васильевич. Г. р. 1894.  Призыв 1915 года.

14. Кузьминов Александр Ильин. Г. р. 1893 г. Призыв 1914 года.

15. Фаддеев Федор Михайлович.  Г. р. 1892 г. Призыв 1913 года.

16.  Фаддеев Алексей Михайлович.  Г. р. 1894 г. Призыв 1916 года.

17. Свистунов Александр Григорьвич. Г. р. 1894 г. Призыв 1915 года. Жена Апроксия (?).

18. Михеев Иван Кириллович. Г. р. 06.01.1883 г. Призыв (?). Поступил на службу, вернулся в годичный отпуск и умер.

19. Михеев Александр Кириллович.  Г.р. 26.08.1886 г.

Призыв 1907 года. Жена Устинья Алексеева.

20. Ганин Андрей Федорович. Г. р. 01.07.1873 г. Убит японцами.

Его мать Наталья Васильева.  Жена Устинья. Ей 18 лет к 1902 году. Сын Сергей (г.р. 1901 г.) усыновлен в семью Михеева Михаила.

21. Ганичев Павел Васильевич. Г. р. 04.11.1904 г.

Призыв 1915 года.

22. Ганичев Павел Михайлович. Г. р. 1887. Призыв 1915 года.

23. Ганичев Яков Михайлович. Г. р. 22.10.1895 г. Призыв 1916 года.

24. Ваньков Николай Дмитриевич.  Г. р. 05.05.1893 г.  Призыв 1914 года.

25. Собакин Михаил Павлович. Г. р. 17.11.1887 г.

Призыв 1909 года.

26. Хрулев Михаил Никанорович.  Г. р. 27.09. 1895 г.

Призыв 1916 года.

27.Кочнев Петр Евлампиевич. Г. р. 23.12.1888 г. Призыв 1910 года.

28. Кочнев Кирилл Васильевич.  Г. р. 01.02.1891 г.

Призыв 1912 года.

29. Кочнев Николай Васильевич.  Г. р. 25.06.1895 г.

Призыв 1916 года.

30. Кочнев Александр Васильевич.  Г. р. 16.02. 1888 г.

В войну с Австрией и Германией убит (неразборчиво) в 1915 году. Основание: цирк. Земск. нач-ка Кирилл. уезд. № 1618.

31. Солодов Алексей Дмитриевич. Г. р. 01.11.1860 г. Призыв 1914 г.

32. Рябов Василий Кириллович. Г. р. 31. 01.1896 г.

Призыв.1915 года.

33.Свистунов Александр Александрович. Призыв в 1915 году.

В бою 18 сентября 1915 года при деревне Перевоз Виленской губернии пропал без вести. Сообщение команд. Л. Гвард. Литовского полка от 20 (неразборчиво) октября 1915 года  … (неразборчиво) № 2663.

34. Хрулев Николай Алексеевич. Г. р. 03.05.1891 г.

Призыв в 1912 г.

35. Хрулев Сергей Алексеевич. Г. р. 02.07.1894 г.

Призыв в 1915 году.

36. Ваньков Дмитрий Андрианович. Г. р. 25.10.1892 г.

Призыв 1913 года.

37. Ваньков Федор Андрианович. Г. р. 26.12.1893 г.

Призыв 1914 года.

                                              Селение Переезд

1. Савин Григорий Ильич. Год  рождения  29.09.1889 г.

Призыв в 1910 году.

Жена Григория – Анна Константиновна.  Был сын Павел (1909 г.р.).

2. Кузин Федор Михайлович. Г. р. 1893. Призыв в  1914 года.

3. Кузин Дмитрий Михайлович.  Г. р. 1895. Призыв  в 1916 года.

4.Саввин Василий Андреевич.  Г. р. 1895. Призыв в 1916 году.

                                         ( Продолжение следует).

Зайцев Андрей Николаевич  - ефрейтор  пулеметной команды 93 стрелкового                                                                                                                           Иркутского пехотного полка (справа)

Беляев Василий           Иванович (слева)

                    Капарулин                                                         Арсеев

        Евграфий Иванович                                   Федор  Александрович

Парни из д. Шульгино перед уходом                                                                    на Первую мировую войну.

                                Круглов Леонтий Андреевич

(по словам сына Круглова Н.Л., в годы  Первой мировой войны  служил    санитаром в Риге вместе с Арсеевым Ф.А)

О дворцовой Роксомской волости по писцовой книге 1710 года         «Переписная книга Суцкого и Заозерского станов Белозерского уезда»..

Часть первая.

Роксомская земля очень древняя, поэтому говоря о Роксомской волости, нужно уточнить, что её границы не совпадают с теми, что будут позднее.

          Итак, триста с лишним лет назад в дворцовую (казенную, государственную) Роксомскую  волость входили деревни:

1. Погост церкви Николая Чудотворца, на церковной земле деревня поповская, с. Никольское.

2. д. Конева Гора.

3. д. Здыхальная.

4. д. Березник  (последние три деревни гораздо  позже отойдут к Шубачу).

5. д. Мыс.

6. д. Сальниково.

7. д. Тимино.

8. д. Погорелка.

9. д. Парфеново.

10. д. Митино (Мятино?).

11. д. Сухоежино.

12. д. Олферово.

13. д.Семеновская.

14. д. Остафьевская (последние старожилы ничего не знают об этой деревне).

           В советское время прошлого столетия в состав уже Роксомского сельского совета, увеличив территорию, добавились деревни: Митино (теперь ее нет), Вьюшино, Янино (находится ближе к Вашпану), Ильинский Хутор, Софроново, Васютино, Мянда, Якунино. Начнем по порядку.  

    Часть вторая.

         Центром Дворцовой Роксомской волости являлся Погост. На нем – церковь Николая Чудотворца, «холодная деревянная». Небольшое замечание.

          В 50-ые годы 20 века, как запомнила А. Г. Сушпленина, «церковь Николая Чудотворца поражала своими размерами, расписными стенами, хотя уже стояла без окон и дверей… Затем  её разобрали на кирпич и увезли в Липин Бор для строительства административных зданий».

        Громов Александр Васильевич (уроженец д. Мянда) дополнил, что до сих пор роксомская церковь стоит перед глазами, настолько купол, стены были украшены удивительно яркими фресками...

        Александр Васильевич помнит, как школьниками катались по высокому деревянному желобу, по которому спускался с колокольни разобранный кирпич. Разборка шла туго – прочной оказалась кладка. Умели строить наши предки!

        Кстати, по словам местных жителей, нанятые рабочие из п. Первомайский  вскоре один за другим умерли после осквернения храма…

        А кирпич увозили в разные места на всевозможные нужды, в основном в п. Первомайский, Парфеново, Мареку, на строительство печей.

           Всего церковной земли в деревне поповской (там жили обслуживающие церковные службы, требы) по Писцовым книгам 1622 и 1627 годов «четвертье пашни, две четверти с полуосминой в трех полях и на отхожей пожне – 3 копны…» (перевод мер см. в книге «Русская Атлантида»).

 «В той же деревне во дворе поп Андрей Иванов, 40 лет. У него жена Елизавета, 35 лет, сын Василий, 6 лет. А оброку платит он с сына своего по восьми алтын, по две деньги в год.

Во дворе – дьячок Иван Михайлов, 60 лет. У него жена Ирина, 50 лет, без детей, а оброку платит он, дьячок, с себя по 20 алтын почти, по четыре деньги в год.

А с той церкви десятинных денег и ново оплачено сборов с другими платежами в архиерейскую казну попом по рублю, по одному алтыну, по 1 деньге на год».

          Писец подводит итог, что в тех дворах (на церковной земле) мужчин -3, женщин – 2 человека.

         На Погосте в кельях – пономарь Григорий Иванов,60 лет, вдов, бездетен.

          В келье – просвирня вдова Зиновья Алексеевская жена Иванова 50-ти лет.

           Итого в тех кельях мужского -1, женского полу – 1 человек.

Нужно добавить, что спустя несколько столетий, видимо, это местечко будет называться деревня Поповка школьная, в ней было несколько домов.

          По воспоминаниям Алины Григорьевны Сушплениной, рядом с семилетней школой (деревянной), стояла отдельно начальная, где училась она сама и не одно поколение жителей Роксомы. Детей учила бывшая попадья, в народе её звали Рубиниха.

        Краткая справка. Речь идет о Рубиновой Лидии Павловне (1886-1960 г.г.)  1.09.1912 году она с мужем священником приехала в Роксому. В 1918 году учит детей, заведует начальной школой, с 1944 г. – учитель, методист в Шубаче.

Общий трудовой стаж 40 лет, из них 33 года трудилась в Вашкинском районе. Награждена от 4.10.1949 года орденом Ленина, также орденом Трудового Красного Знамени и медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.г.» Похоронена на берегу Святого озера (Шубачский погост).

                                                                                  Рубинова Л.П.

По рассказам Сидорова Степана Никитича (дед А. Г. Сушплениной), за несколько дней до Пасхи с пустыми ушатами приезжали священнослужители и собирали церковный оброк. По деревенькам был пущен клич: «что в пече – неси на плече!» Несли жители творог, молоко, из зерна – только отборную пшеницу, яйца, из сохранившихся заготовок – соленые волнушки, пареную бруснику на праздничные пироги… Ничего не могло укрыться от зоркого глаза церковных служек.

 « Васька, не затаил ли чего? Неси мяса, много скотины держишь! Васька несет в корзинке, тогда ведер не было. А кто  позажиточнее, побогаче, забивали барашка», - вспоминает Алина Григорьевна рассказы деда Степана.

          Центром вышеназванной волости было село Никольское. Среди фамилий крестьян: Игнатьевы, Никитины, Кондратьевы, Амросовы, Семеновы, с женами, детьми, племянниками, двоюродными…  Всего  тех дворах 11 мужчин, а женщин – 6 человек.

          Пять дворов стоят пустыми. Жители, как Степан Ярофеев с женой Ульяной (80 лет) умрут в своем доме, их сын Иван, как отмечает писец, бродит по миру; Никифор Алампиев умрет в работниках в Санкт-Петербурге, а Леонтий Семенов, оставив старый дом, отстроит новый и переберется в новый двор, будет владеть жеребьем Степана Ярофеева, пахать его участок…

             В деревне Мыс в 1710 году по переписи живет семья Никона Федорова. Всего: мужчин - 4, женщин – 3 человека. В данной деревне по разным причинам  имеются опустевшие дворы: Федора Ивакова, сам он умрет, а его жена с сыном бродят в мире. Вдова умершего крестьянина Лариона Сидорова вышла замуж в Чаронду… Опустел двор и крестьянина Карпа Сидорова, взятого в солдаты, а жены и детей после него не осталось.

             Кстати, рядом с деревней Мыс болото называлось «Молебен», наверно, из-за необычного, причудливо - изогнутого ствола огромной сосны. Через данное болото шла тайная тропа к Чарозеру, которую  знал только один мужчина деревни… Такие интересные подробности сохранились в   памяти старожилов.

          Нужно добавить, что  и спустя века, жители данной деревни славились своим неиссякаемым   трудолюбием. Среди фамилий прошлого века звучат Мурашевы, Ермушичевы. Только две семьи однофамильцев являлось в обозримом прошлом не родственниками. (Конечно, утверждение спорное.) В остальном - два ряда по несколько дворов – сплошная родственность, по воспоминаниям жителей.

          Любопытен факт, что в сознании  народа сохранилась традиция уважительно называть старшего по отчеству.  Например, Ермушичева Федора Кузьмича в деревне звали «Кузин», т.е., сравните с  записью в Переписной книге 18 века, которая звучала бы, как: «Федор Кузина сын…». Вот откуда, как говорится, «растут ноги». Конечно, такое именование, обращение только к человеку  очень уважаемому или стоящему на более высокой ступеньке социальной лестницы.

           Следующая деревня Конева Гора.

           Большая, многочисленная. В ее дворах мужчин - 22, женщин – 13 человек. В вышеназванной Писцовой книге 1710 года читаем фамилии крестьян:  Трофим Федоров, Никифор Семенов, Иван Иванов, Яков Боршов, Семен Григорьев, Гордей Абросимов, Семен Семенов, Иван Филипов, Афонасий Естафьев, Данило Харитонов. Последний, как отмечает писец, скорбен (болен) ногами.

          Много в названной деревне опустевших домов по самым разным причинам. Кто-то, как Иван Иванов, умрет на Олонецкой (Архангельский край) верфи в работниках, а Иван Федотов – в Санкт – Петербурге… Их дети, жены, племянники бродят в мире безвестно, «сошли в мир».

           В деревне Здыхальной живет семья крестьянина Григория Иванова с женой Марфой и сыном Григорием (2 года); семья Лариона Родионова… Всего в тех дворах: мужчин – 4, женщин – 2 человека.

          Имеется несколько пустых дворов: Еремей Осипов с семьей, племянником Федором Лукиным, семья Василия Титова «бродят в мире безвестно», а Никита Григорьев умрет в работниках в С. – Петербурге.

          Небольшое дополнение. По словам старожилов, в названную деревню, когда была разрушена церковь в селе Никольском в советский период, на какое-то время переселился поп с попадьей «Рубинихой», которая долгое время учила в начальной школе детей…

          В деревне Березник живут семьи Василия Григорьева, Дмитрия Ларионова, Ивана Ермолаева, Осипа Иванова, Ивана Петрова, Якова Макарова, Семен Леонтьев (не женат) и др. Итого в тех дворах: мужчин -17, женщин- 10 человек.

          Часть дворов стоят опустевшими. Среди них двор крестьянина Павла Григорьева. Он умрет в 1709 году на Олонецкой верфи. Пуст и двор Афанасия Иванова, утонувшего в реке Волге. Можно только предполагать, как он там оказался. Видимо, сопровождал на барже груз.

          «Сошли в мир безвестно» семейства Сидора Макарова, Луки Леонтьева, Демида Дмитриева.

К слову, позднее деревня Березник, расположенная в 4 км от Роксомской семилетней школы, отойдет к Шубачу.

Следующая деревня Сальниково.

          Находилась  эта небольшая деревенька через речку Илексу. Живет ней мужчин – 7, женщин – 2 человека. Среди фамилий крестьян, по переписи 1710 года, читаем: Василий Ермолов, Федор Иванов, Харитон Елисеев. Ушли в мир от «хлебной скудости» (голода) Степан Федоров, Елисей Васильев, Евстафий Елисеев, кто  ушел один, кто с женой, братьями.

          Чуть дальше, если  мы углубимся в лес, стояла деревня Тимино.

           Триста лет назад в ней жили семьи крестьянина Федора Иванова с братом Карпом; Кирило Патрикеева с двоюродными братьями Григорием и Козмой Ивановым и др.

          Имеется несколько дворов пустых по разным причинам. Иван Тимофеев, Семен Иванов с женами, детьми «сошли в мир безвестно», и двор Никиты Евтифьева опустел, т.к. хозяин умер,  а сын его Федор взят в работники в С.- Петербург.Необходимо сделать отступление.

          По рассказам старожилов, А. Г. Сушплениной, от д. Тимино в 4-5 км  в советское время находился лесопункт, так называемые «бараки», что стояли «в сучках и пеньках». На зиму приезжали сезонные рабочие по заготовке леса. Имелась конюшня примерно на 20 лошадей, конный двор. Лошадями везли на берег Илексы бревна по «ледянке», которую заливали осенью по морозу  водой из бочек.

          Везли 3-4-х метровые бревна (баланы) на «салазах», передок  которых был кованый, а задняя часть называлась «задок». Веревками (постромками) баланы связывались, на месте  уже складывались в огромные кучи (штабеля). Весной начинался сплав, для которого набирались целые бригады женщин и девушек на заработки. По одному бревну работницы баграми сталкивали баланы в речку…

             Деревня  Погорелка.

             По переписи 1710 года в ней насчитывается мужчин - 6, а женского полу – 5 человек.

             Во  дворе крестьянина Трифона Иванова живет его многочисленное семейство, а также  - брата родного Григория, родного дяди Василия Карпова с детьми.

          В советское время прошлого столетия от вышеназванной деревни осталось только название и место, где шло гуляние по большим праздникам. Председатель колхоза вынужден был перенести проведение праздников с Троицкого луга на место бывшей деревни Погорелки, чтобы не  вытаптывали посевы, не ломали заборы во время драк… Здесь же находилось старое кладбище, рядом после войны 1941-1945 г.г. стояли «парфеновские гумна» (давно снесены). «Местечко настолько оголено, что по дороге было видно Тимино, когда мы, детьми, ходили через Погорелку в школу», -  вспоминает А. Г. Сушпленина.

            В деревне Парфеново проживало в 1710 году мужчин-7, женщин – 6 человек. Среди фамилий крестьян: Тимофей Никитин, Федор Харитонов, Тимофей и Афанасий Ивановы и др.

          Пустуют дворы умершего Харитона Федотова, а его сын Василий «бродит в мире, кормится Христовым именем», как и Андрей Захарьев с женой и сыном «сошли в мир безвестно».

           В советское время Парфеново стала центром Роксомского сельсовета, где имелось все, необходимое для нормальной жизни людей.

        В деревне Мятино  живут крестьянские семьи Гаврилы Иванова, Калана Трофимова, Козьмы Фролова и др. Итого мужчин -11, женщин – 5 человек.

   В той же деревне пустуют дворы Ивана Петрова, Савина Леонтьева, Тимофея Ермолаева, Василия Осипова. Все они, с женами и детьми, как сообщает писец, «сошли в мир безвестно». Пуст двор Ивана Осипова, который умрет в Олонецкой верфи в работниках, а сын его Никита взят в солдаты.

           Маленькое дополнение о названии. Возможно, Мятино, судя по карте, позднее стало называться Митино. Сейчас такой деревни давно нет.

           Следующая деревня Сухоежино. Проживали в ней семьи Ивана Иванова, Петра Иванова. Главам семейств чуть больше 30 лет. Итого: мужчин- 4, женщин -2 человека.

 Опустели дворы Куприяна Лукина, Никифора Иванова, Петра Иванова. Вместе с семьями «сошли в мир безвестно».

           Почти через 300 лет в послевоенное время (1947 год) в Сухоежино насчитывалось 33 дома. В  современном списке фамилий видим фамилии Кононовы,  Никитины, Лаврушины, Чухины, Сидоровы, Ворошиловы, а на самом краю деревни жили Федоровы.

          В деревне Олферово  в крестьянском дворе проживает мужчин -2, женщин – 2 человека. Это семья крестьянина Ивана Филипова (40 лет) и двоюродного брата Хайло Бортова  (очень необычное, «говорящее» имя).

           Пусты дворы крестьян Михайло Дмитриева, Семена Иванова, Алексея Михайлова, которые, спасаясь от голода,  «ушли в мир безвестно». Двор Якова Минина также пуст. Яков умрет в С. – Петербурге в работниках, а после его смерти дети «сошли в мир»…

          Позднее название деревни стало писаться через «а», т.е. Алферово. В советское время в ней было примерно 15 домов. Распространены фамилии Степановы, Михайловы, последних прозвали «лодыжками». Ну, не обойдется  русский человек без меткого словечка!

Деревня Семеновская.

           Во дворе живет крестьянин Родион Семенов с сыном,  родными братьями да  племянником Семеном Гавриловым. Итого: мужчин -5, женщин – 2 человека.

           Среди пустых дворов числится двор Трофима Иванова, ушедшего с сыном из деревни, и двор Прокофия Куприянова, хозяин принял постриг в Троицком Усть - Шехонском монастыре.

           Судя по карте, мне хочется высказать своё предположение, что деревня Семеновская, находящаяся в низинке, позднее стала  называться  Семяново (Семяновское). Местные жители до сих пор не знают, почему такое название.

           В деревню Семяновскую перед второй Мировой войной переселили  людей из богатого хутора Ипатова, расположенного за 4 км от Сухоежино. Все Ипатовы (уже из д. Семяновской) идут от одного потомка: Иван Иванович, Федор и Михаил Васильевич, Федосья, Евдокия и др.

           Деревня Остафьевская  тоже входила в древнюю  Дворцовую Роксомскую волость.

На 1710 год в ней живет крестьян: мужчин – 3, женщин – 1  человек. Это семья Астафия Автамонова (60 лет), вдов; зять Иван Осипов (40 лет) с женой Натальей (35 лет) и сын их Осип трех лет.

           В данной деревне несколько пустых дворов: Петра Васильева, Петра Григорьева, Степана  и Петра Ивановых; Ильи Ивлева (умер), а его сын Яков, как и хозяева опустевших домов, от хлебной скудости «сошли в мир безвестно»… (Старожилы  советской послевоенной Роксомы ничего не могут сказать о вышеназванной деревне.)

            Писцовая книга 1710 года подводит итог:  в Роксомской волости 1 церковь, поповых с причетником – два двора, в них мужчин – 3, женщин – 2 человека. Нищенских две кельи, в которых мужчин -1, женщин - 2 человека.

             Пустых 40 дворов. По ранним переписным книгам (1622,1627 г.г.) крестьянских и бобылишных  было 70 дворов. Позднее, после переписи 1710 года, отмечается в документах, что имеется отдельных пустых 16 дворов. В них 2 жеребья (участка, поля) крестьян, которые пашут на себя, а 54 жеребья «впусте лежат», никто ими не владеет.

            О деревнях, вошедших позднее в Роксомский сельсовет, требуется отдельный разговор, исследование. Завершаем наш разговор о древней Дворцовой Роксомской волости.

Крестьяне вышеперечисленных деревень занимались сельским хозяйством, выращивали рожь, пшеницу и т.д. Но так как жители принадлежали к дворцовой волости, т.е. были казенными, государственными, их постоянно направляли  туда, где была нужда в  их умелых, трудолюбивых, мастеровых руках.  А именно: на рыбные пристани, ловлю, сопровождение и обслуживание разнообразных грузов до Астрахани, Архангельска, С.- Петербурга, Москвы и т.д. Брали крестьян  для работы на Олонецкой верфи, железоплавильных заводах… Рассеивались по всем уголкам необъятной матушки России!  Они бороздили на утлых челнах и простор Белого озера,  и рек Шексны, Ковжи… Например, чтобы сохранить живую стерлядь  в С.-Петербурге, из Роксомы  в город было отправлено 4 крестьянских семьи на постоянное место жительства. Пополняли живой силой  и царскую армию. Многие из солдат так и не вернулись в родные места…  

           Завершая рассказ, хочу сказать, что, несмотря на всевозможные трудности, тяжелые периоды в жизни  государства,  Роксомский край продолжал развиваться, бороться за жизнь, растить детей, оставаясь в гуще происходящих событий.

          Примечание: при использовании данного материала указывать автора.  

Использованы документы из Вологодского областного архива,  Российского государственного архива древних актов, Межевого архива.

Спасибо Круглову Н. Л. , Бухалову В.Ф., Сушплениной А. Г., Капарулиной Н.М., Арсеевой М.А, Чекановой А.А., Громову А.В., Давыдовой Т.Л. Вашкинской районной библиотеке в лице Гущиной М.Н.   за помощь в создании книги.

Большая просьба: все замечания, дополнения по содержанию данной книги сообщать автору. Телефон для связи  89104383855. Е-mail:  stc2015@mail.ru

                                Татьяна Сергеевна Шевелёва

Русская Атлантида или неизвестная история деревень

Тираж 30 экз.

12+

БУК «Межпоселенческая

центральная районная библиотека»

161250 Вашкинский район, с. Липин Бор,

ул. Первомайская, д. 8, т./ф. (81758) 2-18-96