Иврит через пень-колоду, часть III

Основы грамматики иврита

Введение

Простейшие предложения

Прилагательные и прочие атрибуты

Основы морфологии

Род

Число

Нисмах

Местоименные окончания

Выпадение огласовок

Имена и глаголы

Продвинутая морфология

Модели и корни

Биньяны

Гзарот и трапеция гласных

Заключение

Введение

Теперь мы знаем алфавит и огласовки иврита, пора бы уже составить хоть самое простенькое предложение. Однако тут нас поджидают трудности - нас некому поправить, нам не с кем проконсультироваться. Ну, то есть, конечно же, у нас есть целый Интернет, но было бы не очень гуманно набрасываться на знатоков иврита и закидывать их десятками, а то и сотнями вопросов в день. Поэтому я старался делать максимальный упор на самостоятельное изучение, тем более передо мной не стоит насущной необходимости во что бы то ни стало изучить иврит как можно быстрее и как можно в более полном объёме.

Из вышеизложенного следует, что я, скорее всего, буду ошибаться. Эта серия заметок не зря называется “Иврит через пень-колоду” - это напоминание вам, что это не учебник и не курс иврита! Это лишь серия заметок, написанных человеком, изучающим иврит самостоятельно через Интернет, за пределами Израиля. Единственное, что я могу гарантировать - я буду каждую порцию информации тщательно перепроверять с помощью того же Интернета. Придумав пример, я буду стараться найти подтверждение его правильности в Сети. За каждым словом будет стоять тщательное копание в Google, в словарях, ну и, конечно же, в нашем любимом учебнике “Иврит через мозг”.

Простейшие предложения

С чего обычно начинают изучать иностранный язык, освоив алфавит и фонетику? Даже не с фраз “Меня зовут Вася” и “Я работаю на работе рабочим”. Скорее с фраз “это карандаш”, “это книга”, “эта книга - хорошая”. Ну вот давайте с чего-то подобного и начнём, заодно немного словарный запас пополним.

Как будет “это” мы уже знаем. А вот как будет на иврите “компьютер”:

מַחְשֵב

Начиная с этого момента транскрипцию для огласованного письма будем приводить только если ударение падает “не туда” или огласовки имеют “необычное” чтение, а именно в следующих случаях:

Если ударение падает “куда надо”, то и в транскрипции указывать его не будем. Также в огласованном письме не будем ставить точку у буквы шин, а у син - будем. Также частенько будем писать в неогласованном варианте уже знакомые слова - надо привыкать к неогласованному письму.

Для слова מחשב транскрипция не приведена, в соответствии с вышеизложенными правилами из этого однозначно следует, что оно читается как [махшев]. Итак, теперь мы можем написать наше первое предложение на иврите:

.זה מחשב [зе махшев] = “Это компьютер.”

Ещё мы знаем, что זה в женском роде это будет זאת. Это весьма интересный факт. Изучим его подробней. Во-первых, надобно заметить, что в иврите всего два рода - женский и мужской. Во-вторых, в предложении выше в русском языке мы употребили средний род, не смотря на то, что слово “компьютер” - мужского. Вот если бы мы говорили “этот компьютер”, то был бы мужской род. А в иврите не так - указательное местоимение согласовано с существительным в роде:

.זאת דרך [зот дерех] = “Это дорога.”

Пока род в иврите и русском у нас совпадает, но, разумеется, это не всегда так:

.זה סֵפֶר = “Это книга.”

Прилагательные и прочие атрибуты

Пора нам усложнить задачу. Надо бы уметь сказать не просто “Это компьютер”, а, скажем, “Это хороший компьютер”. Да вот беда - мы не знаем пока ни одного прилагательного. Что ж, это дело надо исправить. Вот вам прилагательное “хороший”:

טוֹב

Теперь надо уяснить, что прилагательные и другие согласованные атрибуты пишутся в иврите после того, к чему относятся, как во французском. Теперь мы можем осилить предложение аж из трёх слов:

.זה מחשב טוב = “Это хороший компьютер.”

А вот ещё одно новое слово:

בּוֹקֶר

Это слово “утро”. Теперь мы можем познакомиться с ещё одной общеупотребительной фразой:

.בוקר טוב = “Доброе утро.”

Проверим, что мы научились читать на иврите: если у вас получилось [бо́кер тов], значит вы правильно усвоили “правило сеголя” и не запутались в дагешах. Кстати, и без дагешей можно понять, что первый ב читается как [б], так как он в начале слова, а последний ב - как [в], так как в конце слова. А вот что это [бокер], а не какой-нибудь [бвакер] - это можно узнать только по огласованному письму или же владея языком в должной мере.

Основы морфологии

Род

А как сказать “хорошая дорога”? В русском языке мы согласуем прилагательное с существительным в роде. В иврите тоже это придётся делать. Но как образовать женский род от טוב? В иврите слова женского рода очень любят заканчиваться на “-а”, как у всех нормальных людей, а также почему-то на “-т”, хотя бывают и другие окончания. Причём “-а” здесь обозначается полным неконвенциональным камацем с hеем - вот откуда таких слов столько много - а “-т” обозначается буквой ת. Кстати, по-моему, все окончания, заканчивающиеся на “-т” обозначаются именно тавом, а не тетом, и вообще буква тет крайне редко встречается за пределами корня слова.

Так какое окончание присобачить в данном случае? О, на этот счёт столько правил, столько правил... Слишком всё это пока сложно. Проще всего слазить в словарь и попробовать оба варианта. На טובה словарь выдал:

ед. ч. ж. р. טוֹב

Что ж, “atari!”, как говорят японцы, в смысле “в яблочко!” А, кстати, как это будет на иврите? Недолгое лазанье по словарю находит слово

בּוּל

Что ж, “буль”, так “буль” (от английского “bull’s eye”, между прочим). Теперь мы знаем, что хорошая дорога - это דרך טובה, причём надобно заметить, большинство окончаний в иврите - ударные, и это - не исключение. То есть получается [де́рех това́].

Число

Кроме рода, в иврите есть и числа, аж три: единственное, множественное и двойственное. Двойственное число - малоинтересная для начинающего вещь, используемая только для некоторых “парных” существительных, подобно тому как в русском языке есть слова “очки”, “брюки” и “ножницы”. Один раз мы столкнулись с двойственным числом в слове гершайим:

גֵרְשַיִם [герша́йим]

Характерной особенностью двойственного числа, да и вообще слов, заканчивающихся на -айим, является ударение на предпослений слог. Для русского уха это звучит как “гершаим” или “гершайм”.

Что же касается чисел обычных, то в основном множественное число образуется с помощью окончаний -им (полный хирик + мем софит) и -от (полный холам + тав), причём оба окончания ударны. Множественное число мужского рода обычно образуется с помощью -им, а женского рода - с помощью -от, но исключений так много, что можно усомниться в наличии правила. Хотя если у слова есть оба рода (у прилагательных, например), то это правило соблюдается почти всегда.

Кстати, -им и -айим выглядят в русском языке, да и в неогласованном иврите похоже друг на друга. На самом деле -им это полный хирик и мем софит, а -айим это патах, йуд, неполный хирик и мем софит. То есть кроме мем софита у них нет ничего общего. Даже буква йуд в одном случае согласная буква, а в другом эм криа.

Давайте попробуем сказать “Это хорошие компьютеры”. Но для этого придётся сначала выяснить, а какие слова надо ставить во множественное число? В русском мы согласуем существительное с прилагательным в числе и роде, хотя во множественном числе род у прилагательного у нас пропадает - но в иврите это не так. Причём здесь надобно заметить такую вещь: если у слова есть и женский, и мужской род (как у прилагательных), то исключений в плане -от/-им практически не бывает, а вот для слов с фиксированным родом исключений полно. Ну, טוב - прилагательное, поэтому множественное число мужского рода от него будет טובים и никак иначе. Слово מחשב же исключением не является, поэтому מחשבים.

Осталось разобраться со словом זה. Надо ли его ставить во множественное число? Мы уже видели, что род оно меняет, значит логично предположить, что и число оно менять должно. Предположение верное. Но как образовать множественное число от него? К сожалению, здесь никакие правила не работают, поэтому придётся слово “эти” просто запомнить:

אֵלֶה

Итак:

.אלה מחשבים טובים = “Это хорошие компьютеры.”

Думаю, прочитать это правильно уже должно быть несложно, но на всякий случай вот ответ: [э́ле махшеви́м тови́м].

Нисмах

Помимо рода и чисел, есть в иврите ещё забавная форма, называемая “нисмах”, с помощью которой образуются некие сочетания слов, именуемые “смихут”. Форма эта довольно муторная, да и смысл самого смихута может быть разным - от простого родительного падежа до каких-то совершенно произвольных сочетаний, где два слова тесно связаны друг с другом, типа “письменный стол”. Вот типичный пример смихута:

בֵּית כְּנֶסֶת [бе́йт кне́сет]

Дословно это переводится как “дом собрания”, а означает - внезапно - “синагога”. Самое же слово “синагога” вообще греческое. Кстати, слово “кнесет” также является названием израильского парламента, причём пишется оно обычно по-русски как “кнессет”.

Ну а слово “дом” в обычной форме выглядит вот так:

בַּיִת [ба́йит]

Пишется оно в неогласованной форме одинаково, что в смихуте, что так, но читается по-другому. В целом же правила образования нисмаха довольно сложны, так что пока оставим их в стороне. Заметим лишь, что в учебной литературе часто смихут пишут через дефис, и в словарях с дефисом обычно указываются предлоги и нисмах, например:

בַּיִת ז' [בֵּיתוֹ, בֵּית-; ר' בָּתִים]

Здесь с дефисом указан нисмах, что такое [бэто] - пока непонятно, ну а ז׳ и ר׳ - сокращения от слов

זָכָר и רַבִּים

Означают они “мужской род” и “множественное число”. Таким образом, из вышеприведённого можно понять, что בית - это слово мужского рода, нисмах его будет בית (читается по-другому, но пишется также), множественное число - בתים, а ещё есть непонятная форма ביתו.

Местоименные окончания

Эта штука вообще ни на что в русском языке не похожа. Немного она смахивает на смихут, только в смихуте мы два “полноценных” слова склеиваем в единую конструкцию, а местоименные окончания - это результат аналогичной склейки “полноценного” слова и местоимения, причём в результате получается одно слово. Например, как сказать “мой компьютер”? Вообще можно просто так и сказать, только надо знать, как будет “мой”:

שֶלִי

Стало быть, “мой компьютер”:

מחשב שלי

Но можно выпендриться и сказать вот так:

מַחְשְבִי

Как уже говорилось, большинство окончаний - ударные, поэтому ударение сползает на один слог вперёд. Поэтому произносится это дело как [махшеви́].

Следует иметь в виду, что местоименные окончания с “полноценными” словами используются довольно редко. Однако они весьма часто используются с предлогами! В примере выше שלי на самом деле - не что иное как обзаведшийся местоименным окончанием предлог

שֶל

Этот предлог обозначает принадлежность. Близок по смыслу к английскому “of”, ну а на русский чаще переводится как родительный падеж, хотя уж не из-за отсутствия ли в русском языке полноценного притяжательного падежа?

Выпадение огласовок

Одна из весёлых особенностей иврита - выпадение огласовок. Обратили внимание, что в слове מחשבי цере внезапно превратился в шва? Это не опечатка! Это и есть выпадение огласовки. Правда, “махшви” выговорить невозможно, поэтому “э” при произношении никуда не делось, однако так везёт не всегда.

Суть явления в том, что не всякая птица долетит до середины Днепра огласовка может находиться где попало в слове, причём это “где попало” тесно связано с положением ударения в слове, которое то и дело туда-сюда скачет при изменении формы слова. К счастью, такая бяка нам знакома и в русском языке:

замо́к -> замко́в

Правда, тут я ударения только зря расставлял. Со словом “за́мок” была бы такая же метаморфоза, хотя там ударение никуда не сдвигается. Однако смысл в обоих случаях весьма схож: слово с большим количеством гласных трудно произносить (правда, японцы не в курсе), поэтому гласные либо видоизменяются (как у нас “о” превращается в “а” в безударной позиции), либо вообще выпадают.

В иврите насчёт выпадения огласовок существует целая система хитрых правил. Ну, вы знаете где их искать. А мы пока лишь отметим, что в отличие от русского, в иврите вот такие видоизменения всегда отражаются на письме. В русском мы не пишем “малако” и “карова”, а в иврите - как слышится, так и пишется. Это вытекает из самого предназначения огласовок - точно передать звучание текста.

Буквы же привычки выпадать ни с того ни с сего не имеют. И имот криа тоже! Поэтому там, где неполный холам выпадает, полный скорее всего останется на месте. На этом правиле мы с выпадением огласовок пока закончим.

Имена и глаголы

Пора бы и построить уж хоть одно предложение с глаголом. Возьмём глагол “работать” для примера. В настоящем времени выглядит так:

עוֹבֵד

Тут есть один нюанс. В иврите глаголы в настоящем времени грамматически являются причастиями и ведут себя подобно прилагательным и существительным. То есть представленное выше слово на самом деле означает “работающий”.

Запомним: в иврите имя существительное, имя прилагательное и причастие ведут себя похожим образом и выглядят похоже. И это не только в иврите, такая хрень наблюдается во многих языках. Например, в английском словосочетании “computer application” слово “computer” следует переводить как “компьютерный”, а не как “компьютер”. Вот и в иврите нет этих “-ий”, поэтому прилагательные от существительных не особо отличишь. Ну и причастия туда же. Всю эту группу в иврите принято называть именами (а не только имя существительное и имя прилагательное). Имя числительное тоже к ней относится, но там есть свои нюансы.

К глаголам же грамматически относятся некоторые иные формы, среди которых настоящего времени нет - вместо него используется причастие. Но надо понимать, что это всё равно будут формы (виды?) одного и того же слова, просто по-разному меняющиеся (или не меняющиеся) по родам, числам, лицам и прочему. То есть с разной морфологией. Есть ещё мутные части речи вроде наречия, которые либо вообще форму не меняют, либо делают это ограниченно и нетипично. Давайте туда пока лезть не будем.

Пора бы и составить предложение с глаголом, точнее с причастием. Как сказать “Я работаю на компьютере”? Какой тут нужен предлог? Может, предлог -ב, обозначающий способ действия? Сгодится, пожалуй. А как будет на иврите “я”? А вот так:

אֲנִי

Итак:

.אני עובד במחשב = “Я работаю с компьютером.”

Но тут есть один нюанс. Мы уже знаем, что у имён есть род, число, нисмах и местоименные окончания. Местоименные окончания тут ни к чему, смихутом тоже и не пахнет, но вот по роду и числу причастие должно быть согласовано с подлежащим. А какой у подлежащего род? У меня, судя по определённым признакам, мужской, как и у приведённой выше формы причастия. Ну а если допустить мысль о существовании представительниц прекрасного пола, то им придётся говорить вот так:

.אני עוֹבֶדֶת במחשב = “Я работаю с компьютером.”

ת - это уже известное нам окончание женского рода, причём оно безударно (ещё бы, в нём и гласных-то нет), поэтому возникающий перед ним сеголь тоже безударен. Такие слова называются квазисеголатными - у них конец похож на сеголатное слово (типа “шекель”). Ну а откуда тут вообще сеголь взялся и почему цере в ударном слоге вдруг превратилось в тот же сеголь - это отдельная песня. В известно каком учебнике процесс подробно расписывается, и теперь, когда мы с этим столкнулись, нам будет легче эти правила понять. Но суть сводится к тому, что из-за удлинения слова происходит изменение огласовок. Нетрудно запомнить, что большие огласовки в данном случае меняются на малые, ведь большие огласовки - это изначально долгие гласные, а при удлинении слова так и хочется в нём что-нибудь сократить. Евреи ведь не горячие финские парни, чтобы выговаривать слова типа hakkapeliitta.

Зато в иврите причастия не меняются по лицу. “Я говорю”, “он говорит”, “ты говоришь” - пишется и звучит одинаково, при условии, что все три лица одного пола.

Продвинутая морфология

Модели и корни

Вспомним слово

עֲבוֹדָה

Сравните его со словом עובד. И выглядит похоже, и звучит похоже. Если их разделить на буквы и огласовки, то вообще получается красота:

1. Айин - хатаф-патах - бет - полный холам - далет - полный неконвениональный камац.

2. Айин - полный холам - бет - цере - далет - шва.

Заметим, что огласовки почти все другие, один полный холам остался, да и тот не на том месте. А буквы все на месте, если не считать имот криа. Так вот, последовательность букв

ע-ב-ד

в данном слове является корнем, а всё остальное - моделью. Это фундаментальные морфемы иврита. В русском языке вместо модели у нас перед корнем присобачивается приставка, после корня - суффикс, ну и в самом корне могут произойти какие-то изменения. А в иврите это один процесс - меняется всё разом. В рассмотренном примере две модели содержат разные огласовки, но бывают и модели, в которых слева-справа присобачиваются буквы. Вот, например, будущее время глагола עובד:

יַעֲבוֹד

Причём вы будете смеяться, но и в будущем, и в прошедшем времени у глаголов есть лица. Ну, в будущем-то и у нас “(я) буду работать” и “(он) будет работать” звучат по-разному, а вот в прошедшем времени что “(я) работал”, что “(он) работал”. Вышеприведённый пример для будущего времени соответствует единственному числу третьего лица мужского рода - эта форма в иврите почему-то выбрана в качестве словарной формы будущего времени. Местоимение “он” мы уже знаем, поэтому можем составить предложение:

.הוא יעבוד במחשב = “Он будет работать с компьютером.”

В слове יעבוד буква י - часть модели. Этой модели соответствует целая куча глаголов в будущем времени, причём все они выглядят очень похоже, только буквы корня у них, естественно, другие. Но могут отличаться и огласовки. А для других глаголов и модели будут совсем другие. Какие - зависит от так называемого биньяна.

Биньяны

Как уже было сказано, не для всех глаголов будущее время будет выглядеть похоже на יעבוד. В иврите есть то ли 7, то ли 9 групп глаголов, называемых биньянами. Каждый биньян состоит из ряда моделей для разных случаев - для причастия, будущего времени, прошедшего времени, повелительного наклонения и так далее. Некоторые биньяны имеют общие модели, из-за чего и непонятно точное их количество.

יעבוד соответствует модели глагола будущего времени так называемого биньяна

פָּעַל

Само слово פעל - это глагол “действовать” в прошедшем времени третьего лица единственного числа мужского рода (“(он) делал”). Это словарная форма прошедшего времени, и она же основная словарная форма для всего биньяна, поэтому глагол в словаре указывается именно в этой форме, а не в инфинитиве. И эта же самая форма используется для названия самого биньяна - берётся глагол “делать”, ставится в третье лицо единственное число мужского рода соответствующего биньяна - и название биньяна готово. Для слова עובד та же форма будет

עָבַד

Как видите, образовать нужное слово в нужной форме легко - подставляем буквы корня на нужные места, и дело в шляпе. Единственный нюанс в данном случае - в букве ע не бывает дагеша, поэтому его в слове עבד нет, а вот в слове פעל - есть. А как будет словарная форма будущего времени для פעל? А вот так:

יִפְעַל

Произношение этого слова вполне вписывается в установленные нами правила. Проверьте себя: у вас должно было получиться [йиф-а́ль]. Но как-то оно совсем не похоже на [йа-аво́д], хотя это одна и та же форма одного и того же биньяна, только разных глаголов. Этому несоответствию есть две причины. Во-первых, как мы уже говорили, биньянов в иврите непонятно сколько. Так вот, биньян פעל подразделяется на два под-биньяна, которые отличаются в некоторых мелочах, в том числе и гласными [а]/[о] в некоторых местах модели. Этим и объясняется то, что [йиф-аль], а не [йиф-оль], но [йаавод], а не [йаавад]. Как узнать правильную форму? По словарю. Тем более, что бывают глаголы непонятного типа, у которых одни формы образуется по одному под-биньяну пааля, а другие формы - по другому под-биньяну, почему и удобней считать пааль одним биньяном а не двумя, иначе совсем запутаться можно.

Ну хорошо, с под-биньянами более-менее понятно. Но почему [йиф] превратилось в [йаав], а не в [йив]? Нерегулярность в начале слова в данном случае наличием разновидностей одной формы в одном биньяне не объясняется. Это уже совсем другой страшный зверь, называемый гизра. Сейчас мы за него возьмёмся.

Гзарот и трапеция гласных

Вообще две модели глагола будущего времени биньяна пааль, на примере корня ק-ט-ל, выглядят вот так:

יִקְטַל, יִקְטֹל

Тут я вернулся от полного огласованного письма к классической орфографии, и заменил полный холам неполным во втором варианте модели. В данном случае нам это неважно, но напомнит нам о том, что в разных словарях можно натолкнуться на разные написания даже одной и той же формы.

Корень ק-ט-ל плох тем, что означает “убивать”, “умерщвлять”, “уничтожать”. Но хорош он тем, что в нём все буквы без чудесатых особенностей. А вот в корнях פ-ע-ל и ע-ב-ד такая особенность есть - это буква ע, которая мало того, что не произносится, так ещё и относится к категории гортанных, с которыми в иврите вообще особая песня. Давайте попробуем тупо подставить эти корни в вышеприведённые модели. По словарю мы уже знаем, что для פ-ע-ל нужна первая модель, а для ע-ב-ד - вторая. Получится вот что:

יִפְעַל, יִעְבֹד

Одно слово совпало с правильным результатом, а другое превратилось в [йи-вод]. Однако вот какое дело - мы незаслуженно обидели букву ע, которая мало того, что сама не читается, так теперь ещё и при ней образовалось нечитаемое шва. Так вот, гортанные шва не любят. Исторически айин произносился как звонкий хет, то есть получилось бы что-то совсем вырвиглоткоязычное вроде “йихгвод”. Поэтому хитрые евреи и придумали хатафы. Там, где под гортанной должен бы оказаться шва, он заменяется на хатаф.

Тут необходимо сделать небольшое отступление. В сами знаете каком учебнике есть такая штука, как трапеция гласных. Очень удобная и наглядная штука. Мне тут лень рисовать трапецию, поэтому я прибегну к таблице:

язык смещён вперёд

язык никуда не смещён

язык смещён назад

рот прикрыт

И

У

рот приоткрыт

Э

О

рот открыт

А

Гортанные буквы не спроста называются гортанными. Исторически они произносились при помощи гортани. А теперь попробуйте произнести гортанью звук [х]. У вас получилось что-то похожее на историческое произношение буквы ח. А теперь попробуйте после неё произнести [и] или [у]. Правда как-то не очень получается? Слишком сложная артикуляция. Вот и евреям было лень это произносить, так что при замене шва на первую попавшуюся гласную выбирали из тех, что удобнее произносить. Поэтому хатафов только три.

Но который из трёх хатафов выбрать в данном случае? Вообще он выбирается по предыдущей огласовке, да только она у нас хирик, а хатаф-хирика по вышеизложенным причинам не предусмотрено. Что же делать? Происходит так называемое понижение гласной: [и] превращается в [э] или [а], а [у] превращается в [о]. По сути это ближайшие звуки по трапеции вниз, за исключением случая перехода [и] в [а]. Когда этот случай срабатывает - очередная куча правил, изложенных сами знаете где. Ну и к тому же всегда можно слазить в словарь. Но и без всякого словаря можно уяснить следующее: [и] превращается в [а] или [э], при этом метаморфоза происходит сразу с двумя огласовками одновременно: со шва и с предыдущей огласовкой. Шва превращается в хатаф, а предыдущая огласовка - в его малый эквивалент. Итак, правильными вариантами могли бы быть:

יַעֲבֹד, יֶעֱבֹד

А вот варианты [йаэвод] и [йеавод] заведомо неверные. Таким образом, даже с незнакомым словом мы в состоянии свести количество вариантов прозношения в данном случае к двум.

Теперь рассмотрим процесс образования формы слова יעבוד в целом:

  1. Подставляем буквы корня в модель.
  2. Получаем шва под гортанным айином. Безобразие.
  3. Видим, что перед шва - хирик. Ещё большее безобразие.
  4. Думаем, на что бы его заменить. Интуитивно или по словарю соображаем, что это должен быть патах.
  5. Заменяем хирик на патах, а шва - на хатаф-патах.
  6. Слово готово.

В иврите тьма-тьмущая подобных ситуаций, когда корень не хочет стыковаться с моделью механически. Вот эти самые ситуации и называются

גְזָרוֹת [гзарот]

Это множественное число, а в единственном -

גִזְרָה [гизра]

Вообще в иврите до черту гзарот, и не все из них связаны с гортанными буквами, но все сводятся к тому, что при стыковки модели и корня получается “что-то не то”, и по определённым правилам ситуация разрешается. В учебнике “Иврит через мозг” этих гзарот описана тьма-тьмущая.

Заключение

Итак, мы теперь знаем:

Всё это интересно, но ничуть нас не приближает к умению говорить на иврите. Я мог бы дальше углубиться в грамматику, но тогда я просто буду вынужден пересказывать учебник “Иврит через мозг”. Смысла в этом никакого, так как лучше у меня всё равно не получится, поскольку я не знаю иврита. Смысла пытаться составлять предложения тоже особого нет, так как очень трудно, не зная языка, их проверять на правильность.

Поэтому “мы пойдём другим путём”. В следующей части попытаемся разобрать и перевести какой-нибудь простенький текст на иврите. Со знаниями основ грамматики мы уже не будем шарахаться от незнакомых биньянов, выпадения огласовок и прочих морфологических вывертов вроде гзарот.