officeArt object

Итоговая речь представителя заявителя Поповского С.Г.

Уважаемый суд и остальные участники судебного процесса!

Сегодня, перед тем, как суд удалиться на вынесение решения по данному делу, я как представитель Некоммерческого партнёрства «ИПЦ «Априори»», хотел бы высказать полную и обоснованную позицию заявителя, с учётом всех изученных и исследованных обстоятельств и документов по данному делу.

Прежде всего, обращаю внимание суда на то, что заявитель обосновывает свою позицию на системном и структурированном анализе пункта 7 статьи 2 Закона ПМР «О некоммерческих организациях» (далее — Закон об НКО) в отличие от заинтересованной стороны, рассматривающей лишь отдельные её элементы.

Так, системный анализ пункта 7 статьи 2 Закона об НКО требует выделить три критерия, при одновременном наличии которых, деятельнось некоммерческой организации может быть отнесена к «политической» в том её значении, которая придаётся пунктом 7 статьи 2 Закона об НКО:

— критерий «иностранного финансирования»;

— критерий «сферы деятельности»;

— критерий «форм деятельности».

Обязанность доказать наличие этих критериев в деятельности заявителя законом — п. 1 ст. 280 ГПК ПМР — возложена на сторону, принявшей оспариваемое решение, то есть на Прокуратуру ПМР. Подводя итог представленных представителями Прокуратуры ПМР доказательств, можно смело утверждать, с данной обязанностью они не справились.

 I.

1. Так, критерий «иностранного финансирования» в обжалуемом Представлении подтверждается договорами, заключенными с иностранными контрагентами — ОБСЕ, CRD и немецким культурным центром «Акценте». Однако, сроки действия данных договоров истекли в декабре 2016 — январе 2017 года. При таком положении, Прокуратура ПМР явно придала Закону об НКО обратную силу, что недопускает п. 1 ст. 31 и ст. 35 Закона ПМР «Об актах законодательства».

В судебном заседании представители Прокуратуры ПМР предприняли попытку «исправить» полный провал с обоснованием критерия «иностранного финансирования» посредством представления доказательств (а) не указанных Прокурором А.А. Гурецким в Представлении от 12 декабря 2018 года № 57 и, более того, (б) добытых после внесения обжалуемого Представления, что подтверждается показаниями свидетеля И.Я. Добровольского, директора ООО «Дина» (бывшего директора ООО «Клевер»), представленными письмами Сберегательного банка и собстенно показаниями представителя Прокуратуры Барбунова М.А. Так, непосредственно в судебном заседании представители Прокуратуры ПМР предложили в качестве доказательств «иностранного финансирования»:

— договор аренды части подвального помещения по адресу ул. К.Либкнехта ___ с молдавской организацией, представленный директором ООО «Дина» в конце января 2019 года;

— сведения об арендных платежах молдавской организации, представленных Сберегательным банком 01 февраля 2019 года;

— договор монтажа приточно-вытяжной вентиляции в этом подвальном помещении с молдавской организацией, поступивший в Прокуратуру в конце января 2019 года;

— сведения об оплате молдавской организации данного монтажа приточно-вытяжной вентиляции, представленного Сберегательным банком 01 февраля 2019 года.

В силу сроков установления данных доказательства они не могли лечь в основу обжалуемого Представления, принятого 12 декабря 2018 года, а потому не отвечают критерию относимости к делу, установленному ст. 69 ГПК ПМР.  Более того, обстоятельства монтажа приточно-вытяжной вентиляции в подвальном помещении молдавской организацией не относятся к настоящему делу, поскольку выгодополучателем от данной сделки являлся арендодатель, а не НП «ИПЦ «Априори»», а выгода НП «ИПЦ «Априори»» никак не доказана.

Как утверждают представители Прокуратуры ПМР, проверка не завершена, тем не менее, судебная инстанция не может осуществлять следственные действия, подменяя Прокуратуру, давать оценку новым доказательствам, не имевшихся к моменту вынесения обжалуемого Представления, и не положенных в основу выводов о нарушении заявителем действующего законодательства. Никакой юридической полезности эти новые документы в доказывании законности обжалуемого Представления не имеют.

Таким образом, представители Прокуратуры не доказали, что обжалуемое Представление содержит доказательства «иностранного финансирования» для целей установления, осуществлял ли заявитель «политическую деятельность» в том её значении, которое содержится в пункте 7 статьи 2 Закона об НКО. 

Отсутствие в обжалуемом Представлении критерия «иностранного финансирования» деятельности заявителя достаточно, чтобы признать его не соответствующим пункту 7 статьи 2 Закона об НКО.

2. Относительно критерия «сферы деятельности» ситуация обстоит проще, поскольку в обжалуемом Представлении не указана ни одна из 4-х «сфер деятельности», указанных во второй части п. 7 ст. 2 Закона  об НКО, и, более того, представители Прокуратуры так и не смогли назвать её даже в судебном заседании.

Как бы то ни было, представители Прокуратуры не доказали, что обжалуемое Представление содержит указание на «сферу деятельности», к которой относятся мероприятия 06 июня и 04 октября 2018 года.

Отсутствие в обжалуемом Представлении указания на «сферу деятельности» заявителя достаточно, чтобы признать его не соответствующим пункту 7 статьи 2 Закона об НКО.

3. К «формам деятельности» заявителя Прокурор ПМР А.А. Гурецкий отнёс организацию и проведение «публичных выступлений, дебатов», имевших место на мероприятиях от 06 июня и 04 октября 2018 года.

Основываясь только на данных «формах деятельности», Прокурор ПМР А.А. Гурецкий вынес требование «принять меры к устранению и недоопущению впредь подобных нарушений требований действующего законодательства путём отказа от участия в политической деятельности на территории Приднестровья, в формах, указанных в части третьей пункта 7 статьи 2 Закона ПМР «О некоммерческих организациях»», то есть произвольно распротранив его и на «формы деятельности», которые заявителем не осуществлялись.

Кроме того, данное требование Прокурора ПМР А.А. Гурецкого никак не связано с двумя другими обязательными критериями «политичекой деятельности» в том её значении, которое придаётся пункта 7 статьи 2 Закона об НКО — критерием «иностранного финансирования» и критерием «сферы деятельности».

В данном случае, Прокуратур ПМР А.А. Гурецкий не усмотрел правовых затруднений в том, что сами по себе «публичные выступления, дебаты», имевшие место на мероприятиях от 06 июня и 04 октября 2018 года, представляют собой суть конституционных прав и свобод, гарантированных ст.ст. 27, 29, 32, 33 Конституции ПМР. Согласно п. 1 ст. 54 Конституции конституционные права и свободы, установленные ст.ст. 27, 32, 33 Конституции ПМР, могут быть ограничены только в условиях чрезвычайного или военного положения и только конституционным законом.

Вне всяких сомнений, при отсутствии всей совокупности элементов нарушения пункта 7 статьи 2 Закона об НКО, требование Прокурора ПМР отказаться от «политической деятельности» равносильно требованию отказаться от своих конституционных прав и свобод, гарантированных ст.ст. 29, 32, 33 Конституции ПМР.

В своих дополнительных пояснениях представитель заявителя Поповский А.Г. привёл убедительные доказательства того, что НП «ИПЦ «Априори»» является организацией граждан, конституционные права и свободы которых при этом объединении не умаляются. Принадлежность НП «ИПЦ «Априори»» указанных выше конституционных прав подверждается тем, что объдинение граждан наделено правомочиями их судебной защиты (ст. 120 Конституционного закона ПМР «О Конституционном Суде ПМР»).

При таком положении, когда имется ссылка на «формы деятельности», однако, без указания на «сферы», в которых она осуществляется, и без подтверждения «иностранного финансирования» такой деятельности, низводит обжалуемое Представление до юридически ничтожного, нарушающего конституционные права и свободы — права на свободу мыслей, слова и убеждений (ст. 27 Конституции ПМР), права на получение, хранение и распространение полной, достоверной и своевременной информации о … политической … жизни… (ст. 29 Конституции ПМР), свобода собраний (ст. 32 Конституции ПМР), право объединяться в … объединения (ст. 33 Конституции ПМР).

II.

Прокурор ПМР А.А. Гурецкий в своём Представлении от 12 декабря 2018 года за № 57 пришёл к выводу о том, что «указанные обстоятельства [имеются в виду мероприятия от 06 июня и 04 октября 2018 года], свидетельствуют об организации и проведении НП «ИПЦ «Априори»» публичных выступлений, дебатов, в целях формирования общественно-политических взглядов и убеждений…».

Однако, в обжалуемом Представлении не содержится, а в ходе судебного разбирательств представителями Прокуратуры ПМР не указано, каким образом, какими правовыми средствами Прокурором ПМР установлено, что в ходе указанных мероприятий имело место формирование именно таких взглядов и убеждений. В частности, свидетель Добровольский И.Я. не подтвердил, что мероприятие с участием г-на А.Дируна сформировало у него какие-либо взгляды и убеждения, однако, было интересно.

Таким образом, имеет место необоснованность вывода Прокурора ПМР  А.А. Гурецкого о «формировании общественно-политических взглядов и убеждений».

На самом деле, именно «погоня за ведьмами», устроенная Прокуратурой ПМР, проявляющаяся в преследовании НП «ИПЦ «Априори»» якобы за нарушение закона, формирует у окружающих общественно-политические взгляды о средствах и методах подавления конституционных прав и свобод, и формирует убеждения у граждан Приднестровской Молдавской Республики об неприязни существующего отношения власти к гражданской инициативе, проявляющейся в деятельности некоммерческих организаций.

III.

Между тем, мероприятия от 06 июня 2018 года и от 04 октября 2018 года подпадают под условия части четвёртой пункта 7 статьи 2 Закона об НКО,  исключающей примение к ним понятия «политическая деятельность», поскольку:

— мероприятие от 06 июня 2018 года было посвящено увековечению памяти имевших место в истории Приднестровья нарушению конституционных свободы мысли, слова и убеждений, гарантированных статьёй 27 Конституции ПМР (мероприятие «Неделя свободы слова» появилось как следствие самого массового нарушения в приднестровье конституицонного права на свободу слова; а интернет-ресурс является он-лайн мемориалом ущемлению свободы слова в истории Приднестровья);

— на мероприятии от 04 октября 2018 года г-н А.Дирун представил познавательный материал в области политических наук, а свидетель И.Я. Добровольский подтвердил, что Дирун занимается научной деятельностью и мероприятие носило научный характер.

IV.

В ходе судебного разбирателства нашло своё подтверждение нарушение конституционного права на невмешательство кого-либо в частные дела (ст. 24 Конституции ПМР), и закреплённого в п. 1 ст. 1 ГК ПМР в качестве основополагающего принципа гражданских правоотношений — принципа недопустимости произвольного вмешателства в частные дела.

В частности, подвтерждением данного вмешательства является тот факт, что прокурорская проверка заявителя возбуждена по Рапорту представителя Прокуратуры ПМР Барбунова М.А. от ___________ 2018 года, не указывающему на  обязательные условия, содержащиеся в гипотезе закона («иностранное финансрирование», «сфера деятельности»), а, наоборот, указывающий на осуществление заявителем своих конституционных прав, закрепленных в ст.ст. 27, 29, 32  Конституции ПМР.

Подводя итог, необходимо отметить, что Прокуратура ПМР, смыслом деятельности которой выступают гарантированные права и свободы человека и гражданина (п. 2 ст. 3 Конституционного закона ПМР «О Прокуратуре ПМР»),  принимая обжалуемое Представление, действовала недобросовестно и в условиях вопиющего пренебрежения статьёй 16 Конституции ПМР, установившей исключительность прав и свобод человека: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью общества и государства. Защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства».

Исходя из изложенного, полагаю, что соответствие обжалуемого Представления закону представителями Прокуратуры не доказано, а потому оно подлежит отмене.

Представитель  НП «ИПЦ «АПРИОРИ»»:

_______________________ Поповский С.Г.

«14» февраля 2019 года