Левиафан.

Revo

Перевод на английский — Defade.

Перевод на русский — Akagane Sutare.

Немного о том, как следует читать этот перевод. Курсивом я выделяла реплики Аканэ.

>> Строки хоров отмечаю двумя треугольными скобками

Фиолетовый — для выделения кусков повествования, которые не поются.

Кавычки не стоит воспринимать в привычном русском понимании. Здесь они — своеобразные концептуализаторы и выделители.

Когда какой-то текст подчёркнут (а после этого идут скобки), — это значит, что певцы поют одно, а в буклете написано совсем другое. Текст в скобках соответствует буклетному.

Открывающая тема.

Марш после конца тысячелетия.

.

.

.

.

.

Левиафан.

Марш после конца тысячелетия.

Эпизод 1. Зверь, вестник конца.

Тот, кто вернулся из-за грани.

От небольшого отряда перестали доходить вести.

То была миротворческая экспедиция на границу Гёреме.

Исчезли пять человек разной национальности, расы и пола.

...И вот, спустя два года...

Выжил лишь один.

«Левиафан» —

Это имя Зверя, спустившегося, чтобы предречь конец.

Среди выдумки «повседневной жизни», которую никто не ставит под сомнение,

Тихо вертятся «шестерни».

Вне клетки «повседневной жизни», из которой никто не сбежит,

Тайно меняется «действительность».

На сцене «Конца», которого никто не желает,

Тихо вертятся «шестерни».

Влиянием судьбы, названной «Концом», которого никто не заметил,

Тайно меняется «действительность».

«Бездомные» близнецы, погибшие одновременно в разных местах,

«Министр юстиции», родинка которого после выписки из больницы таинственным образом отразилась на другой половине лица,

Шестерни вращаются... «действительность» меняется...

И что-то приходит в движение.

Даже в городе, который избежал «конца тысячелетия» в ветре витает запах тьмы.

Те, кто остались невидимы, извиваются и корчатся.

Именно в такую ночь... должен вернуться «он».

ID: нейрохирургия. Доктор Загу.

«Отражение» — это восстановленный после разделения пополам по вертикальной оси человек.

Сказав, что корни науки лежат в магии, Загу («нейрохирург высшего класса») сверкнул скальпелем.

У неё нет выбора, и связанная Сацуки («женщина») выкрикивает имя человека («мужчины»), который не вернётся.

Вышибив дверь, появилась тень — тот самый человек, которого она звала.

Её учитель, «Наана», тоже была там и выстрелила из пистолета.

Взгляни же! «Мужчина» вернулся, и действительность изменилась.

Их история начинается.

«Левиафан» —

Это имя Зверя, спустившегося, чтобы предречь конец.

Сделанный из тел бесчисленных тварей и гадов,

Этот зверь существовал с самого Сотворения.

Руки Спасителя поймают его в день великого правосудия,

И огромная туша его будет торжественно предложена в качестве кушанья святым.

Левиафан.

Зверь, вестник конца.

Эпизод 2. Гомункул Хартсекера.

По словам девочки, Ангел.

«Аканэ... думает, что она ангел».

Каракульный ангел на «асфальте» — это девочка играет в одиночестве.

Пряча крылья на маленькой спине, она ждёт ветра в этих развалинах.

Когда загорелась свеча девочки, свеча её матери потухла.

Если светочей может быть столько, сколько уже зажжено,

То над чем же мне здесь сиять?

Шёпот ангела в «тёмной комнате» — это тоже девочка играет в одиночестве.

Скрывая свет в своих маленьких глазах, она ждёт его в этих развалинах.

Девочка не знает даже лица своего отца; она знала свою мать только в лицо.

Если светочей может быть столько, сколько уже зажжено,

То над кем же мне здесь сиять?

Мама вернулась, идя вслед за птицами.

А я... взяла его руку.

Даже если мы не можем стать отцом и дочерью, то можем стать семьёй?

Даже если мы не можем стать братом и сестрой, то можем стать семьёй?

Даже если мы не можем стать любовниками, я всё равно хочу всегда быть рядом с ним,

Стать свидетельницей последнего акта конца (истории, сплетённой им, мной и миром).

Королева Мельтокии.

.

.

.

.

.

Левиафан.

Гомункул Хартсекера.

Эпизод 3. Каталог тьмы.

Церемония под названием «Призыв».

Ещё один Лондон 19го века.

«Нож», который резал тела роскошных дам,

Стоящих на улице и продающих цветы. Он говорит:

«Это не я! Я этого не делал!»

«Серийный убийца», заявляющий, что за убийствами стоит его альтер-эго.

Имя обычной женщины, если спросить её через волшебное зеркало, —

«Мизуки, Айлин, Норико, Ринрин, Аяка и т.д.» < 56 личностей

Временный «второй обладатель» множественных личностей.

Пышно украшенное посольство, почти спрятанное в темноте.

Мужчина и женщина пожилых лет, начинающие выступление.

У джентльмена в руках трость, у женщины — инвалидное кресло.

А за её спиной изящно глядит мужчина во всём тёмном.

«...правила нужны, чтобы сосуществовать с беженцами».

«...если что, то закон тут нарушаешь ты».

«...мы не одобрили контракт!»

«...вот почему мы заранее предупредили, что это объявление войны!»

Ах... Аргументы шли по двум параллельным прямым, переговоры так и закончились ничем.

>> Свет против тьмы —

>> Битва уже началась!

Насквозь промокший в разочаровании силуэт, похожий на кого-то...

Колеблющийся в желании убить силуэт, похожий на кого-то...

Буря «безработицы из-за реформ», вызванная приватизацией.

Руку протягивает лодчонке, носимой среди океана ненависти,

Шёпот мальчика: «Почему ты их всех просто не убьёшь?»

>> Приватизация убивает его или он — приватизацию?

>> Приватизация убивает его или он — приватизацию?

И мужчина взял в руки каталог...

Казнь.

>>Заместитель среди дождя, кто чей товарищ?

Держа греховную страсть в сознании, тьма спрашивает имя заместителя.

Держа чёрную, как гагат, страсть в сознании, книга спрашивает имя заместителя.

— Эй, ты!

«Просто возьми ружьё, мистер Патрик Генри Шерилл!

Ты — второй мистер Патрик Генри Шерилл (почтальон ублюдок-убийца)!»

>>Заместитель среди дождя, кто чей товарищ?

Держа искажённое желание в сознании, тьма спрашивает имя заместителя.

Держа обагрённое кровью желание в сознании, книга спрашивает имя заместителя.

— Эй, ты!

«Убей своих коллег, мистер Патрик Генри Шерилл!

Ты — безумный мистер Патрик Генри Шерилл (почтальон ублюдок-убийца)!»

>>Заместитель среди дождя, кто чей товарищ?

Ах... Каждый хочет кого-то убить.

Ведомые желанием убийства...

Почему люди выбирают из каталога

Маньяков-убийц с обстоятельствами такими же, как у них самих?

Почему они всегда в конце концов выбирают именно так?

Отделение Синдзюку. Отдел серийных убийств, следователь, Инухико.

— Герой появляется в самую последнюю секунду.

Человек — волк, одинокий волк. Человек — волк, голодный волк.

Человек — волк, рыскающий волк. Человек — волк, хотя нет, скорее пёс.

Человек — пёс, одинокий пёс. Человек — пёс, голодный пёс.

Человек — пёс, рыскающий пёс. Человек — пёс, да, пёс (Инухико)!

Век из волчьего становится пёсьим (Инухико).

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Вперёд, пёс (Инухико)! Сражайся, пёс (Инухико)!

Да! Ты и ты — приговариваетесь к смерти! Тебя и тебя я повешу!

Прощайте: ты, ты и ты!

КАЗНИТЬ!!!

А кого выберешь ты?

Левиафан.

Каталог тьмы.

Эпизод 4. Потерянное.

Сердце вуду.

.

.

.

.

.

Левиафан.

Потерянное.

Эпизод 5. Видение.

Миниатюрный сад Сацуки.

На маленьких «асфальтовых» ступеньках, окрашенных закатом,

В ожидании человека, который не вернётся, я обняла колени и поглядела в небо.

Его (моего бывшего) нет, и время (сезоны) бежит, и всё как во сне.

Как пустая ракушка, я пыталась начать всё заново с другим мужчиной, но...

Каждый раз, когда заканчивается препарат, он бьётся в припадке.

«Убей меня!!» — так говорит мне «мой нынешний парень».

Бутылочка из-под прозрачной «жидкости» падает,

И я хочу вылететь из этой тесной комнаты («миниатюрного сада»).

В мою размеренную повседневную жизнь ворвались неожиданные события.

Воссоединение с бывшим — слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.

Как я могла ожидать, что он появится как герой (главный герой) истории, когда меня схватят (я в опасности)?

И вот я, обманывающая себя,

Не прыгнувшая в такие долгожданные, навевающие такие воспоминания объятья.

И я говорю: «Я устала ждать».

Он ответил: «Ничего не поделаешь», и мы разошлись спинами друг к другу.

Даже самые обычные вещи в непривычных размерах

Приведут к тому, что мой нынешний парень побьёт меня, как и всегда.

Таблетка с серебряной «этикеткой» падает.

Улетим из этой тесной комнаты (миниатюрного сада)!

Песочный замок.

Падающая звезда, сияющая в безлунную ночь. Многие души летят «туда».

Ищущий спаситель в беспощадную ночь. Многие желания собираются «там».

Падающая звезда, сияющая в безлунную ночь. Многие молитвы летят «туда».

Ищущий спаситель в беспощадную ночь. Многие кусочки собираются «там»,

...«там» — в пещере тьмы.

Неужели катастрофа (Повелитель Ужаса) опустилась на город,

Скосила лес теснящихся зданий,

И выжгла невыносимый ужас и травмы

В сердцах тех, кто жил в нём?

Этот город — песочный замок,

Построенный на иллюзиях о прошедших днях.

Сможет ли он скрыть правду

И продолжить приносить спокойную смерть и разрушения?

А те души, что освобождены от ограничений и видимостей...

Вернутся ли они на дно тьмы... в страну мёртвых?

Или же... un grand Roy d’Effrayeur (Повелитель Ужаса) вовсе не приходил в этот город?

В конце концов...

Левиафан.

Видение.

Закрывающая тема.

Зверь Конечности.

Те, кто захватывают в движении, и те, кто вычеркнуты вон.

Те, кто подделывают «конец», и те, кто его возвещает.

Те, кто неистовствует в пустоте, и те, кого забирает смерть.

Те, кто не замечают «конца», и те, кто его возвещает.

Ах... Пока что не называй имя этого зверя!..

В правой руке — свет, в левой руке — тьма.

В какое бы направление ни опустились эти руки, в которых равновесие,

Они будут ненавидеть и любить город («Токио») сильнее, чем кто-либо.

Зверь конца, имя ему — Левиафан.
Когда он пробудится, согласно далёкому закону, миру придёт конец.

Сердце его твердо, как камень, и жестко, как нижний жернов.

<...>

Железо он считает за солому, медь — за гнилое дерево.

<...>

Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным;

на все высокое смотрит смело; он царь над всеми сынами гордости.

Иов: 41.

В правой руке — свет, в левой руке — тьма.

В какое бы направление ни опустились эти руки, в которых судьба,

Они уничтожат и создадут рай в этом городе («Токио»)...

Зверь конца, имя ему — Левиафан.
Когда он пробудится, согласно далёкому закону, миру придёт конец.

Досуха поглощая океаны, он стремится к земле уничтожения.

Объятый пламенем, он ревёт на само время.

Поглощая тьму, он стремится в небо «Конца».

Сбивая звёзды, он поглотит время.

Левиафан.

Зверь Конечности.