Примашев Н.М.

Проблема единства государства в Аргентине в середине XIX в.

Источник: Право и политика. - Москва, 2001. - № 4.

Подборка иллюстраций – Товтин С.

Комментарии и дополнения – Товтин С.

Падение в начале 1852 г. диктаторского режима Хуана Мануэля Росаса, открыв новую страницу в политической истории Аргентины, не внесло каких-либо существенных изменений в ход ее экономического развития, ибо свержение этого диктатора нисколько не поколебало установившейся и окрепшей за годы его правления экономической и политической монополии крупного аграрно-компрадорского капитала. Опиравшиеся на компрадорскую буржуазию власти Буэнос-Айреса продолжали политику преобладания над другими провинциями и открытого сепаратизма. Но после свержения Росаса начался новый этап противостояния сторонников той или иной формы государственного устройства, так называемых «унитаристов» и «федералистов». С 1852 г. унитаристы стали называться «либералами». Они в свою очередь раскололись на две группировки в зависимости от позиции Буэнос-Айреса по отношению к остальным провинциям.

C:\Users\user\Downloads\ba8.jpg C:\Users\user\Downloads\800px-Bartolome_Mitre_ak.jpg

Валентин Альсина                                       Бартоломе Митре

Сторонники создания единого аргентинского государства объединились вокруг Бартоломе Митре [1], а автономистов — сторонников самостоятельного государства возглавил представитель «помещичьей олигархии» [2] провинции Буэнос-Айрес, Валентин Альсина. Вскоре эти группировки оформились в партии, Национальную и Автономистскую соответственно. Несмотря на существенные разногласия, эти унитаристские партии все же выступали воедино против федералистов. В борьбе на национальном уровне тон задавали лидер Национальной партии Митре и федералист Хосе Хусто Уркиса [3]. Особенность этого этапа связана с появлением на политической арене, кроме унитаристов и федералистов, третьей силы — сторонников компромисса и единения, которые выступали за скорейшее создание единого аргентинского государства.

C:\Users\user\Downloads\Urquiza_por_Querciola.jpg

Хосе Хусто Уркиса

Перед Уркисой, руководителем борьбы за свержение диктатора, стояли два пути:

1. продолжить борьбу против губернаторов — сторонников Росаса;

2. пригласить губернаторов всех провинций, чтобы окончательно определиться с национальной организацией.

Уркиса выбрал второй путь; он заявлял, что «провинции побережья являются инициаторами национальной организации, и на него, как губернатора провинции Энтре-Риос, возложена миссия создать государство с федеральной системой» [4], в связи с чем созвал съезд губернаторов. В результате подготовительных работ 29 мая 1852 г. в городе Сан-Николас губернаторы 10 провинций подписали одноименное соглашение (губернаторы 3 провинций подключились позже). [Соглашение подписали Хосе Хусто де Уркиса от имени провинций Энтре-Риос и Катамарка, губернатор Буэнос-Айреса Висенте Лопес-и-Планес, губернатор Корриентеса Бенжамин Вирасоро, губернатор Санта-Фе Доминго Креспо, губернатор Мендосы Педро Паскуаль Сегура, губернатор Сан-Хуана Назарио Бенавидес, губернатор Сан-Луиса Пабло Лусеро, губернатор Сантьяго дель Эстеро Мануэль Табоада, губернатор Тукумана Селедонио Гутиеррес, губернатор Ла-Риохи Мануэль Висенте Бустос. Позже к договору присоединились губернаторы Сальты, Жужуя и Кордобы. – Т.С.]

Соглашение состояло из вступления, 19 статей и приложения. Цели и задачи государства были заявлены и закреплены во вступлении, оформленном как преамбула. Закрепленные 19 статей касались:

1. признания в качестве основного закона «Федерального пакта» 1831 г.;

2. исполнения внешнеполитических полномочий;

3. автономий провинций;

4. созыва Учредительного конгресса в соответствии со ст. 16 соглашения;

5. времени работы конгресса (август 1852 г.);

6. нормы представительства (по 2 делегата от каждой провинции с равными правами, которые должны были принять национальную конституцию);

7. отмены таможенных пошлин при передвижении товаров из одной провинции в другую;

8. учреждения высшего национального органа исполнительной власти с титулом «Временный Правитель Аргентинской Конфедерации»;

9. установления нормы денежных средств, выделяемых провинциальными властями для нужд национальных органов власти.

C:\Users\user\Downloads\Acuerdo_de_San_Nicolás.jpg

Заключение договора в Сан-Николасе

Губернаторы решили, что их депутаты будут представлять всю аргентинскую нацию, а не отдельные провинции. Ст. 8 соглашения установила гарантии депутатам от преследования за их позиции и выступления в конгрессе (депутатский индемнитет и иммунитет). Провинциям было предоставлено право на замену депутатов, которую необходимо было осуществить немедленно после отзыва депутата. Верховному правителю была вменена главная обязанность — сохранение мира и спокойствия в стране. Он в качестве Верховного главнокомандующего Конфедерации мог по своему усмотрению использовать войска в случае иностранного вторжения или войны между какими-либо провинциями. Внутренние провинции своими специальными законами, а прибрежные провинции — Буэнос-Айрес, Санта-Фе, Энтре-Риос и Корриентес — подписанием так называемого «Протокола Палермо» 6 апреля 1852 г. [5] предоставили временному правителю Уркисе полномочия по ведению внешнеполитических дел до созыва национального конгресса. Протокол также обязал всех губернаторов назначить членов «Представительной комиссии» для выполнения условий ст. 16 «Федерального пакта» от 4 января 1831 г. (первая комиссия была распущена Росасом). Местом расположения комиссии определили город Санта-Фе. Кроме ведения внешних дел Уркиса должен был реализовать положения «Федерального пакта» и условия соглашения, регламентировать навигацию на внутренних реках и почтовую службу, создать Государственный совет в качестве консультативного органа, а также сеть средств коммуникаций. На него также были возложены обязанности открытия и закрытия заседаний Конгресса, обеспечение безопасности и свободы делегатов и предоставление всех необходимых средств Конгрессу и делегатам. Соглашение в Сан-Николасе определило порядок и условия принятия новой конституции. Тем самым были преодолены последствия провалов Конституции 1819 и 1826 гг. (по разным причинам они не были ратифицированы провинциями). Губернаторы договорились отправлять депутатов в учредительный Конгресс без наказов — «инструкций». Инструкции обычно содержали обязательные условия, которые следовало соблюдать при рассмотрении важных вопросов национального уровня, поэтому депутаты оказывались поставленными в определенные рамки, в результате чего они были вынуждены ставить интересы своих провинций выше государственных.

Это соглашение было ратифицировано законодательными органами всех провинций, за исключением Буэнос-Айреса, где разгорелись жаркие споры. В дебатах в Палате представителей и в периодике каждая из сторон приводила свои аргументы.

Противники соглашения исходили из посылки, что при отсутствии какого-либо контролирующего или сдерживающего органа, новый правитель мог превратиться в еще одного тирана. Аргументом такой позиции прослужили некоторые силовые меры против сторонников экс-губернатора Росаса. Перевес был на стороне оппозиции, которая в отсутствие губернатора [губернатор Буэнос-Айреса Висенте Лопес-и-Планес, 3 февраля -26 июля 1852 – Т.С.] (находился в Сан-Николасе), опираясь на большинство в законодательном органе, захватила контроль над частью войск столичного гарнизона [6]. Используя эти силы, Палата представителей отклонила соглашение, подписанное в Сан-Николасе. В таких условиях губернатор провинции вынужден был уйти в отставку. В ответ временный правитель [Уркиса – Т.С.] распустил Палату представителей и взял в свои руки правление над Буэнос-Айресом [Уркиса занимал пост губернатора Буэнос-Айреса с 26 июля по 4 сентября 1852 г– Т.С.]. Он выступил с манифестом к населению, где выражал приверженность идее национального объединения, добился возвращения на пост прежнего губернатора [7] и избрания 2 делегатов — представителей провинций на конгресс в Санта-Фе. [Его преемник, генерал Хосе Мигель Галан, был свергнут, как только Уркиса покинул провинцию, в результате так называемой «революции 11 сентября» 1852 года. – Т.С.]

В условиях острой политической борьбы провинция, стремившаяся к автономной государственности, решила прибегнуть к силе. 11 сентября 1852 г. войска Буэнос-Айреса [руководимые генералом Хосе Марией Пираном] выступили против временного правителя, который вместе со своим войском находился в Санта-Фе. Временный правитель опасался развязывания междоусобной войны. Кроме того, следует учитывать то обстоятельство, что положение национального правительства оставалось крайне ненадежным, так как ему не удавалось наладить национальную систему сборов налогов и поступлений — основного источника финансирования государственного аппарата. В национальное правительство поступали средства в основном из провинции Энтре-Риос, а также небольшая часть от правительств провинций Санта-Фе, Кордоба и Мендоса. В военной сфере шаткое положение верховного правителя проявлялась в том, что Уркиса, как командующий войсками Конфедерации, мог осуществить военное управление силами провинций только в случае подписания двусторонних соглашений с провинциальными правительствами. Единственной силой, которой реально управляло национальное правительство, была армия провинции Энтре-Риос. Поэтому в 1854 г. Уркиса заявил, что «национальное правительство осуществляло власть через местные институты власти в каждой из провинций» [8].

C:\Users\user\Downloads\300px-Mapa_ARGENTINA_1858.jpg

Конфедерация Аргентина и Свободное государство Буэнос-Айрес  в 1858 г

Одержав «победу», Буэнос-Айрес восстановил Палату представителей, которая назначила нового губернатора [губернатор Пастор Облигадо, 1853-1858] и поспешила объявить Буэнос-Айрес свободным государством; она не признала решений конгресса в Санта-Фе и отозвала оттуда своих представителей. Смирившись с такими фактами, верховный правитель вынужден был уступить. Не имея необходимых условий для политического и военного давления, он решил бороться с Буэнос-Айресом с помощью экономических мер. Опубликовав декрет о таможенном обложении товаров, по которому изделия и товары, производимые в провинции Буэнос-Айрес, облагались в остальных провинциях пошлинами наравне с товарами иностранцев [9], Уркиса как глава Аргентинской Конфедерации, признал «де-факто» независимость Буэнос-Айреса. Эти события в аргентинской историографии получили названия «революции 11 сентября». Возникшее таким образом «независимое государство Буэнос-Айрес» просуществовало 8 лет; в итоге Аргентина потеряла время, необходимое для консолидации и организации национального государства.

C:\Users\user\Downloads\Escudo_del_Estado_de_Buenos_Aires.png C:\Users\user\Downloads\Bandera_Estado_de_Buenos_Aires.jpg

Герб и флаг Свободного государства Буэнос-Айрес

8 апреля 1854 г. Палата представителей приняла Конституцию Буэнос-Айреса. По мнению большинства аргентинских исследователей, она была создана на основе Конституции Аргентины 1826 г., а известный уругвайский юрист А. Демичели считает, что прообразом основного закона провинции являлась Конституция Уругвая 1830 г.[10]. Конституция в целом отражала дух и намерение властей Буэнос-Айреса. В первой же статье было закреплено, что «Буэнос-Айрес является государством, со свободным исполнением своего внутреннего и внешнего суверенитета, до тех пор, пока не делегирует это федеральному правительству» [11]. Во второй статье закреплялись территориальные границы «государства». По конституции организация властей была осуществлена в соответствии с теорией разделения властей. Законодательная власть находилась у бикамеральной Генеральной Ассамблеи. Для формирования нижней палаты законодательной власти были установлены нормы представительства: 1 депутат от 6000 граждан или группы населения не менее 3000 граждан (ст. 19). Но для законодательного органа первого созыва были установлены особые условия. В первый раз в палату должны были входить 26 депутатов от сельских местностей и 24 от городов (ст. 20). По такой же процедуре предполагали сформировать верхнюю палату. Для контроля за соблюдением конституции, созыва Ассамблеи и решения других организационных вопросов было предусмотрено создание Постоянной комиссии в составе 3 сенаторов и 4 депутатов (ст. 9). Члены комиссии выбирались на первом же заседании Генеральной Ассамблеи, и они выполняли свои обязанности до конца работы легислатуры, поэтому на них не распространялся принцип ротации, предусмотренный в ст. 30. Кроме депутатов и сенаторов подлежали избранию лица, их замещающие, которые заменили бы их в случаях болезни, смерти и т.д. (ст. 63).

Губернатора государства, главу исполнительной власти, назначала Генеральная Ассамблея. Его статус закреплен в ч. 5 ст. 85-107 Конституции. Как и во всех других документах Ла-Платы, в этой конституции значительное внимание было уделено институту гражданства. Кроме обычных условий для принятия гражданства существовали льготные условия, связанные с добровольным вступлением в ряды национальной гвардии. Такие условия распространялись и на лиц, способствующих развитию торговли или производства. Ст. 143 установила обязательную уголовную ответственность за выступления против Конституции. Власти провинции — независимого государства все же не отвергли всецело идею единого национального государства, закрепив в своем Основном законе положение о том, что «государство Буэнос-Айрес присоединится к Генеральному Конгрессу (единого аргентинского государства) только на условиях Федерации, причем оставляет за собой право выхода из нее…». Таким образом, Республика оказалась разделенной на два независимых друг от друга государства: Конфедерации, состоявшей из 13 провинций, и Буэнос-Айреса. Несмотря на различия и противоречия, два государства дважды подписывали соглашения о «сосуществовании» — 20 декабря 1854 г. и 8 января 1855 г. В этих соглашениях стороны обязались сохранить мир и спокойствие, не предпринимать вооруженных действий, поддерживать экономические отношения и, самое главное, они признавали принцип национального единства. Несомненно, отношения государств ухудшились не только из-за различия идеологических и экономических интересов, борьбы за власть и нашествия врагов, но и в связи с борьбой ведущих в то время государств (Англии, США и Франции) за сферу влияния в Аргентине. В условиях начавшейся конфронтации президент Уркиса объявил о денонсации соглашений 1854 и 1855 гг., и правительство Конфедерации санкционировало закон «О различных правах», согласно которому планировалось применение экономических мер к Буэнос-Айресу. Закон требовал, чтобы все иностранные суда направлялись в порты Конфедерации, а не в порт Буэнос-Айреса. Ситуация осложнилась, когда, в свою очередь, Палата представителей столицы проголосовала за ведение войны.

C:\Users\user\Downloads\Escudo_Confederación_Argentina.png C:\Users\user\Downloads\919px-Flag_of_the_Argentine_Confederation.svg.pngГ

Герб и флаг Аргентинской Конфедерации

Конгресс Конфедерации предоставил президенту право на объявление войны по своему усмотрению. Этот кризис решился в ходе боев между войсками противостоявших сторон, где силы Буэнос-Айреса были разгромлены [в битве при Сепеде 23 октября 1859 года – Т.С.]. В результате дипломатических действий (включая посредничество других стран) 11 ноября 1859 г. стороны подписали так называемый «Союзный Пакт» [12] [пакт Сан-Хосе де Флорес – Т.С]. Это соглашение о мире было ратифицировано сторонами. Пакт содержал следующие основные положения:

1. Буэнос-Айрес признает себя членом Конфедерации и подтверждает это официальным принятием Конституции 1853 г., для чего созывается специальный конгресс;

2. если потребуется внесение каких-либо изменений в Конституцию, то это должно быть сделано на Национальном Конгрессе с обязательным участием Буэнос-Айреса;

3. Буэнос-Айрес обязуется не вступать в дипломатические отношения с другими государствами;

4. все объекты Буэнос-Айреса остаются под юрисдикцией провинции, за исключением таможен, которые являются собственностью нации (государства);

5. бюджет Буэнос-Айреса 1859 г. сохранится еще на 5 лет после присоединения;

6. стороны договорились и гарантировали, что никто не будет подвергаться преследованиям за действия или политические взгляды во времена «сосуществования»;

7. все войска Конфедерации выводятся из территории провинции Буэнос-Айрес;

8. гарантом пакта выступает Парагвайская Республика.

Из текста пакта следует, что Буэнос-Айрес, как проигравшая сторона, должен был соблюдать все условия, навязанные победителем — Конфедерацией, которые были направлены на объединение страны. Здесь необходимо отметить, что этот пакт в определенной мере изменил порядок внесения изменений в Конституцию 1853 г., так как любые изменения могли быть внесены только по прошествии 10 лет с момента ее принятия. К слову, обязательный 10 летний срок сохранения Конституции без изменений был заимствован из опыта конституционной истории Франции. Как известно, Конституция Франции 1791 г. запрещала какие-либо изменения основ государственного строя ранее 1801 г.[13]. Но в Аргентине по истечении 2,5 лет после принятия Основного закона проблемы единства государства заставили нарушить установленные положения. Аргентина и в этом случае повторила пример Франции, где также не были соблюдены условия Конституции 1791 г. и «…за эти 10 лет (1791-1801 — Н.П.) погибли 3 конституции и Бонапарт уже подготавливал деспотическую империю» [14]. Таким образом, пакт, с юридической точки зрения, являлся неконституционным, но его подписание было оправдано целесообразностью и полезностью. Пакт и дополнительные соглашения от 6 июля 1860 г. и соглашение, связанное с признанием Конституции Буэнос-Айресом, позволили непосредственно приступить к окончательному оформлению Аргентинского государства. Но, как и прежде, возникли препятствия, которые помешали процессу объединения страны, такие, как события в провинции Сан-Хуан и отказ в признании мандатов депутатов Буэнос-Айреса Национальным Конгрессом.

C:\Users\user\Downloads\Nazario_Benavidez_El_Caudillo_Manso.jpg

Назарио Бенавидес

        События в Сан-Хуане связаны с неудовольствием местных властей и населения казнью губернатора провинции Н. Бенавидеса, сторонника Росаса. Для снятия напряженности в отношениях с федеральными властями был назначен временный губернатор, который в скором времени был избран на тот же пост населением. Буэнос-Айрес обвинил федеральные власти во вмешательстве во внутренние дела провинции, в навязывании им кандидатуры нового губернатора против воли населения. Вскоре «ставленник» центральной власти был смещен со своего поста в результате переворота, организатор которого стал губернатором. Федеральные власти в лице президента Дерки, на основании ст. 6 Конституции [о федеральном вмешательстве в случае конфликта в одной или нескольких провинциях, в случае вторжения из-за границы, вторжения в другую провинцию или низложения ее властей – Т.С.] направили группу войск, которые разбили силы провинции.

        [Кризис в Сан-Хуане.

        В октябре 1858 года в результате событий, инспирированных унитариями Буэнос-Айреса, был убит экс-губернатор провинции Сан-Хуан Назарио Бенавидес (март- апрель 1857).  Сначала он был заключен в тюрьму по обвинению в измене. Пресса Буэнос-Айреса, особенно «Ла Трибуна» и «Эль-Насьональ» в лице Д.Ф.Сармьенто, явно требовала ликвидации «тирана» Бенавидеса, подстрекая унитариев Сан-Хосе.

        Уркиза решил спасти Бенавидеса и направил в провинцию  федеральную комиссию, которая имела предписания освободить «генерала Конфедерации». Но, прежде чем комиссары прибыли, 23 октября 1858 года группа сторонников попыталась освободить Бенавидеса и, чтобы воспрепятствовать этому, тот был убит тюремщиками. Правительство губернатора Гомеса (Manuel José Gómez Rufino, 1857-1858) отказалось привлечь убийц к ответственности. В ответ Гомес был лишен власти и отправлен в отставку.

        Президент Уркиса, пытаясь урегулировать ситуацию,  вынужден был снова вмешаться в дела провинции, направив туда федерального аудитора, а на деле военного правителя, Хосе Антонио Вирасоро. Все закончилось тем, что несколько заговорщиков были брошены в тюрьму.

        В январе 1859 года Вирасоро был назначен временным губернатором, а в сентябре он был утвержден в качестве титулярного губернатора. Но его отношения с унитариями Сан-Хуана были крайне плохими, более того он не пользовался поддержкой и в собственной федеральной партии. Вирасоро проявил себя как недальновидный политик. Он управлял провинцией,  опираясь на ограниченный круг сторонников, в котором большинство были его земляками из Корриентеса. Федералисты Сан-Хуана просили президента Уркису, а затем его преемника Сантьяго Дерки отозвать «чужака». В другом лагере, среди унитариев, созрел план насильственно свергнуть его.

C:\Users\user\Downloads\FOTO-5.-José-Antonio-Virasoro.jpg C:\Users\user\Downloads\425px-Antonino_Aberastain_01.jpg

Хосе Антонио Вирасоро         Антонино Аберастин

        Конфликт по поводу губернаторства Вирасоро стал причиной личной  встречи Бартоломео Митре, губернатора провинции Буэнос-Айрес, президента Дерки и Уркисы, которая состоялась во Дворце Сан-Хосе (Энтре-Риос) в ноябре 1860 г  и в результате которой было принято решение об отставке губернатора Вирасоро.

        Однако в тот же день вооруженная толпа, явно подстрекаемая либеральным лидером Антонино Аберастином (Antonino Aberastain из соседнего города Мендоса, а на самом деле министром буэнос-айресского правительства Доминго Фаустино Сармьенто, напала на Вирасоро в его доме. Губернатор попытался оказать сопротивление, но был убит. Также погибли в результате погрома его брат, зять, сын, несколько офицеров и некоторые должностные лица. Власть захватил унитарий Антонино Аберастин: 16 ноября 1860 г учредительное собрание находясь под сильным давлением избрало его губернатором Сан-Хуана.

        Газеты Буэнос-Айреса аплодировали революции и смерти «тирана». Но эти события имели в будущем гораздо более серьезные последствия: они были одной из причин, которые привели к провалу Пакта Сан-Хосе де Флорес и к битве при Павоне.

        Президент Сантьяго Дерки немедленно вмешался и направил в провинцию федерального аудитора полковника Хуана Саа. В декабре Саа сосредоточил свои силы на границе Сан-Луиса и потребовал передать ему власть в провинции и выдать убийц Вирасоро. Но Аберастин отказал ему в праве въезжать в провинцию, тем более с войсками, а сам тем временем стал спешно готовить  свои отряды к сопротивлению. 2 января 1861 года новый законодательный орган вновь избрал губернатором Аберастина, который заявил, что федеральное вмешательство является внешней агрессией.

        11 января 1861 года Хуан Саа вошел в провинцию во главе  Южной дивизии и разбил небольшие силы Аберастина в битве при Ринконада-дель-Посито. Губернатор был взят в плен.  На следующий день, опасаясь, что Аберастин устроит восстание среди заключенных, он был  расстрелян полковником Франсиско Клаверо в Аламос де Барбоса.

Правительство и пресса Буэнос-Айреса, которые ранее приветствовали смерть «тиранов» Бенавидеса и Вирасоро, потребовали, чтобы Дерки наказал Саа. Митре назвал этот эпизод «последним взрывом варварства и насилия».- Т.С.]

В условиях напряженного противоборства Конгресс санкционировал закон №237 от 5 июля 1861 г., в соответствии с которым устанавливалось, что власти Буэнос-Айреса нарушили условия соглашении от 11 ноября 1859 г. и 6 июня 1860 г., а поэтому лишились предоставленных ранее прав. Исполнительная власть Конфедерации получила право на интервенцию. К решению запутанной ситуации подключились представители Франции, Англии и Перу. Безрезультатно закончились встречи Президента Конфедерации и губернатора Буэнос-Айреса на борту английского корабля. Ситуацию могла решить только война. Но это война решилась в пользу Буэнос-Айреса, войска которого в местечке Павон, на юге провинции Санта-Фе, разбили объединенные силы Конфедерации [17 сентября 1861 года – Т.С.]. С этого момента главенствующая роль в строительстве Аргентинского государства переходит к Буэнос-Айресу, на которую сильно влияла борьба между партиями «националистов» и «автономистов». Теперь оформление единого аргентинского государства зависело от расстановки сил не в масштабе страны, а только — в Буэнос-Айресе.

C:\Users\user\Downloads\Bartolomé_Mitre_(Manzoni,_1861).jpg C:\Users\user\Downloads\exposiciones-participaciones-Novarese.jpg

Митре в 1852 году         Возвращение ополчения Буэнос-Айреса после Павона

В начале 1860 г. Митре предпринял политическое наступление против автономистов, занимавших большинство постов в структурах исполнительной власти и большинство мест в законодательном органе провинции. В результате активных действий на выборах в марте 1860 г. в законодательный орган, который должен был в мае избрать губернатора провинции, сторонники Митре заняли большинство мест в обеих палатах. После чего Митре, как и следовало ожидать, был избран губернатором [3 мая 1860-11 октября 1862 – Т.С.].

Будучи сторонником национального единства, Митре предложил автономистам места в его правительстве, но они отказались от этого. Тогда он прибегнул к помощи самых близких сторонников, будущих ключевых фигур в национальном правительстве и сразу же объявил о своем намерении присоединить провинцию к Конфедерации. За это он был подвергнут резкой критике и обвинен в предательстве идей «сентябрьской революции». Перераспределение сил внутри либеральной партии породило в прибрежных провинциях надежды на союз с либерально-националистическими силами по объединению территорий и началу процесса организации государства на новой политической основе. В конце 1859 г. президентом Конфедерации был избран Дерки (5 марта 1860-5 ноября 1861), представитель непримиримой, до этого времени, политики по отношению к Буэнос-Айресу. Со своей стороны, Уркиса продолжал оставаться ключевой фигурой в Конфедерации, в качестве губернатора провинций Энтре-Риос, лидера партии федералистов и командующего объединенной армии. Несмотря на свою поддержку Дерки на выборах в президенты, Уркиса был сторонником более гибкой политики по отношению к Буэнос-Айресу и продолжал верить в возможности союза Побережья со столицей. В мае 1860 г., за несколько дней до вступления Митре в должность главы провинциального правительства, начались переговоры между Буэнос-Айресом и Конфедерацией по пересмотру и расширению соглашения, подписанного в ноябре 1859 г., по вопросам присоединения. Соглашением от июня 1860 г. провинция ратифицировала свои обязательства и сделала новые уступки, согласившись выплачивать ежемесячно 1,5 миллиона песо Национальному правительству, и пообещала покрыть расходы на проведения Национальной Ассамблеи по рассмотрению конституционных реформ, предложенных Буэнос-Айресом.

C:\Users\user\Downloads\Santiago_Derqui_1860.JPG

Сантьяго Дерки

Буэнос-Айрес субсидировал национальное правительство и объективно централизовал, таким образом, получение национального дохода, так как весь импорт, потребляемый в стране, ввозился через его порт. Позже, когда таможня полностью перешла под юрисдикцию Национального правительства, Буэнос-Айрес продолжал осуществлять прямое правление, и национальное казначейство получало только то, что оставалось после вычета расходов провинции, которые напрямую были связаны с таможенными пошлинами. Конфедерация продолжала получать из Буэнос-Айреса приблизительно ту же сумму, которую получала в качестве субсидий: тот факт, что казначейство получало только остатки таможенных доходов, свидетельствует о том, что продолжали существовать силы, независимые от государства.

Укрепление позиций правительства Буэнос-Айреса по отношению к национальному правительству и перегруппировка либеральной партии Буэнос-Айреса, имевшая место в начале 1861 г. в связи с вступлением членов автономистской партии в провинциальное правительство, положили конец надеждам побережья на союз с либерал-националистами. Со своей стороны, Митре установил связи с правительствами внутренних провинций, пытаясь повторить попытку, подобную первым месяцам после «сентябрьской революции», для того, чтобы добиться с их стороны непризнания национальных властей и создания в Буэнос-Айресе альтернативных условий для организации единого национального государства. Охлаждение отношений с Конфедерацией способствовало укреплению рядов либеральной партии Буэнос-Айреса. В то же время участие в правительстве автономистов определяло ужесточение политики Буэнос-Айреса по отношению к Конфедерации. В течения 1861 г. продолжали уменьшаться возможности примирения между ними. Депутаты провинций так и не были допущены в национальный Конгресс. В этой борьбе, в новых условиях расстановки сил Буэнос-Айрес начал искать сторонников и поэтому стал поддерживать, морально и материально, оппозиционеров — правительство провинции Кордоба, которое выступило против национального правительства. Буэнос-Айрес также заявил о необходимости поддержки либеральных кругов внутренних провинций и начал военную подготовку для нападения на порт Росарио.

[Кордовский кризис 1861 года.

Для ускорения  процесса объединения мятежной провинции с национальным государством в Буэнос-Айресе состоялись выборы провинциальных депутатов в Национальный конгресс. Но, возможно с целью провокации или же в виде демонстрации презрения к национальным законам, они были проведены в соответствии с избирательным законодательством Буэнос-Айреса, а не с национальным. 13 апреля 1861 года кандидатуры депутатов были отклонены в Конгрессе, а сенаторы от Буэнос-Айреса вышли из федеральных органов власти  в знак солидарности с ними. По этой причине президент Сантьяго Дерки издал указ о новых выборах в Буэнос-Айресе. Но власти провинции в лице Митре отказались соблюдать это положение и проводить новые выборы и объявили Пакт Сан-Хосе де Флорес устаревшим.

Отношения между Буэнос-Айресом и национальным правительством были окончательно испорчены. Правительство Буэнос-Айреса прекратило выплачивать взносы, стремясь экономически подорвать конфедерацию.

C:\Users\user\Downloads\800px-Félix_de_la_Peña.jpg C:\Users\user\Downloads\800px-Juan_Saá.jpg

Феликс де ла Пенья                    Хуан Саа

        Кризис в Сан-Хуане, превосходство его экономического положения и относительные успехи его союзника Антонино Табоады в Сантьяго дель Эстеро убедили Митре игнорировать договоры, по которым Буэнос-Айрес присоединялся к конфедерации, и попытаться создать новую национальную организацию, но уже  во главе с  Буэнос-Айресом.

        Масла в огонь добавил очередной кризис в Кордове. Губернатор Кордовы Феликс де ла Пенья (José Félix de la Peña y Sobrecasas, 24 июля 1860-18 мая 1861) предоставил убежище полковнику Хосе Исеа, который немного ранее поднял восстание против губернатора Сан-Луиса, но потерпел поражение. Губернатор Сан-Луиса Хуан Саа потребовал от де ла Пеньи выдачи мятежника, но тот отказался. В ответ Саа обвинил де ла Пенью в причастности к  мятежу в Сан-Луисе.

        Ситуация усугубилась, когда Саа, возведенный в звание генерала армии, объявил, что отправится в Кордову «для восстановления справедливости».

        Президенту  Дерки пришлось лично отреагировать: он стал убеждать Конгресс объявить осадное положение в Кордове. 24 мая 1861 года Конгресс Аргентинской конфедерации принял решение о федеральном вмешательстве  во внутренние дела Кордовы. Поскольку губернатор де ла Пенья заявил, что он будет сопротивляться, президент Дерки и военный министр Хосе Мария Франсиа расположились с конфедеративными войсками на поле Ла-Таблады. Этого было достаточно, чтобы кордовское сопротивление рухнуло, и 15 июня  Дерки без единого выстрела занял Кордову, сосредоточив в своих в руки всю полноту власти в провинции.  Пенья бежал в Энтре-Риос, искать поддержки  у бывшего президента  Уркисы.

        Дело неуклонно шло к большой войне. Дерки обосновался в Кордове, где начал подготовку своей армии. Ему удалось собрать 9 000 человек. Одновременно он приказал Уркисе и другим губернаторам организовать провинциальные ополчения и готовиться к войне. 6 июля Конгресс уполномочил президента использовать силу для подавления мятежного правительства Буэнос-Айреса и подчинить его конфедеративным законам ради общего блага.

        Губернатор Митре, возглавлявший армию Буэнос-Айреса, также хотел войны любой ценой, поскольку считал, что у него достаточно сил для достижения успеха.

        Один  Уркиса всеми силами пытался не довести страну до новой конфронтации и убеждал Дерки прекратить подготовку к войне. В ответ президент поставил его во главе  национальной армии. Несмотря на это, Уркиса продолжал вести переговоры с Митре. Но столкновение было неизбежно.

        17 сентября 1861 года произошла битва при Павоне, в котором Конфедерация потерпела сокрушительное порвжение от войск Буэнос-Айреса.  –Т.С.].

        Правительство Конфедерации испытывало серьезные трудности в экономической сфере и поэтому было вынуждено прибегать к крайним мерам. Оставался только один выход — война. В то время союз провинций Побережья во главе с Уркисой не рассматривался как абсолютно надежный партнер национального правительства. Во многом этот союз был опорой, но в то же время национальные власти искали партнеров в других местах, пытаясь ограничить влияние Побережья, принимая лишь ограниченное участие.

        После победы войск Буэнос-Айреса над войсками Конфедерации при Павоне Митре разработал план, который предусматривал захват Санта-Фе как центра Конфедерации, укрепление либеральной партии внутренних провинций при поддержке провинциальных правительств, имеющих связи с Буэнос-Айресом и установление мира на Побережье путем заключения соглашения с Уркисой. Несмотря на возражение автономистов, которые входили в правительство и выступали за проведение военных действий на всей территории, Митре осуществил свой план, согласованный с намерениями Уркисы по реорганизации государства.

        Правительства провинций лишили своей поддержки национальное правительство, которое перестало существовать в декабре 1861 г., и возложили на губернатора Буэнос-Айреса временные полномочия исполнительной власти и право на созыв нового Конгресса в соответствии с Конституцией 1853 г., пересмотренной в 1860 г. В начале 1862 г. в Буэнос-Айресе было создано временное национальное правительство, тесно связанное с местными институтами власти. Провинции возложили на Митре государственные функции не как на губернатора Буэнос-Айреса, а как на командующего армии, одержавшей победу. Однако Митре построил свою деятельность по исполнению возложенных на него функций в зависимости от позиции правительства Буэнос-Айреса и даже пытался создать государственные органы власти, которые отличались бы от провинциальных. Получив от законодательной власти разрешение на исполнение переданных полномочий, он распорядился, чтобы те решения, которые он принимал в качестве главы исполнительной власти, получали одобрение министров правительства Буэнос-Айреса. Для решения вопросов подобного характера был создан генеральный секретариат по государственным делам и при нем государственный регистр для хранения распоряжений исполнительной власти до тех пор, пока не будут созданы государственные органы в соответствии с Конституцией 1853 г. Организационная структура после роспуска правительства Конфедерации не была изменена временным правительством. Митре сосредоточил свою работу на политических переговорах с силами, противостоящими Буэнос-Айресу по вопросам создания будущего национального правительства. Кроме того, пытался достичь установления мира во внутренних провинциях при помощи своих союзников, либерал-националистов.

        Пока провинция Буэнос-Айрес пыталась навязать внутренним провинциям политику, подобную той, которую она пыталась осуществить в сентябре 1852 г., набирали силу разногласия между двумя крылами либеральной партии. Автономисты решительно выступили за автономию провинций. В середине февраля 1862 г. они вышли из правительства Митре и в политическом заявлении поставили основные условия по реорганизации: сохранение территориальной целостности и политической автономии провинции Буэнос-Айрес. Митре, хотя и подтвердил свое положение в провинциальном правительстве, сформировав кабинет исключительно из членов своей партии, но уступил все-таки давлению сторонников автономии. После месяца переговоров Митре получил разрешение у законодательного органа Буэнос-Айреса созвать Национальный Конгресс 25 мая того же года [1862 – Т.С.]. На конгрессе Митре сразу же предложил применить принцип федерализма к провинции Буэнос-Айрес, но провинциальный законодательный орган отклонил это предложение, сославшись на конституционную реформу 1860 г. То же произошло с последующей попыткой такого присоединения к федерации города Буэнос-Айреса. В результате переговоров было достигнуто соглашение, позволяющее сосуществование в этом городе двух властей — национальных и провинциальных. [Конфликт был разрешен только с помощью Закона о компромиссе  (Ley de Compromiso) от 3 октября 1862 года. Закон предписывал отложить обсуждение «вопроса о столице» на пять лет, позволяя национальному правительству проживать в городе Буэнос-Айрес и собирать таможенные пошлины, гарантируя правительству Буэнос-Айреса соблюдения его годового бюджета на уровне 1859 года. Буэнос-Айрес сохранил национальную гвардию, предназначенную для защиты его границ силами местных жителей – Т.С.].

        Два месяца спустя власти провинций Кордоба объявили о выходе из Конфедерации и внесли предложение, чтобы губернатор Буэнос-Айреса Митре созвал новый Национальный Конгресс [15]. Это предложение поддержали власти других провинций.

        Президент в такой ситуации сложил с себя полномочия главы Конфедерации и передал всю полноту власти вице-президенту. Не владея властью фактически (не обладал поддержкой ни народа, ни армии), он посредством декрета от 12 декабря 1861 г. заявил о сложении с себя полномочий главы исполнительной власти. [После поражения Хусто Хосе де Уркисы в битве при Павоне 17 сентября 1861 года Дерки покинул  страну, оставив письмо, которое было истолковано как его отставка. Вице-президент Хуан Эстебан Педернера (Juan Esteban Pedernera) принял на себя полномочия президента (5 ноября-12 декабря 1861), лелея надежду  убедить Дерки продолжать сопротивление. Но все было напрасно и после поражения при Каньяда де Гомес (22 ноября 1861 года) объявил о падении правительства Конфедерации – Т.С.].

C:\Users\user\Downloads\Juan_Pedernera_fix.jpg

Хуан Эстебан Педернера

        В этой ситуации губернатору Буэнос-Айреса пришлось взять в свои руки всю полноту национальной власти, включая ведение иностранных дел. Таким образом, он стал фактически первым Президентом объединенной страны [Митре фактически стал президентом после отставки Педернеры с полномочиями Губернатора Буэнос–Айреса Наделенного Исполнительной Общенациональной Властью – Т.С.]. 25 мая 1862 г. в столице собрался новый Национальный Конгресс с участием всех 14 провинций. Конгресс поручил Митре организацию и проведение выборов депутатов по всей стране на 27 июля того же года для формирования национальных властей. 5 октября 1862 г. этот же Конгресс избрал Б. Митре президентом Аргентинской Нации, которая с этого момента стала формально единым государством. 12 октября он и вице-президент  [Маркос Пас, 1862-1868 – Т.С.] принесли присягу. Таким образом, Митре стал президентом объединенного и единого государства — Аргентинской Республики.

C:\Users\user\Downloads\Bartolomé_Mitre.jpg

Президент Бартоломе Митре

Подводя итоги, нужно заметить, что в Аргентине в середине XIX в. проблема единства государства стала основной. На протяжении почти 10-летнего существования двух государств различные силы предпринимали попытки их объединения. В этом деле тон задала партия либерал-националистов Буэнос-Айреса, которая стала самым подходящим участником для переговоров с Конфедерацией. На завершающем этапе становления единого национального государства инициатива исходила от них. Поэтому следует согласиться с мнением, что “консолидация национального государства в Аргентине не была делом “старых” унитариев, ни каудильо — консерваторов, а явилась делом… либерал-консерваторов…. Они были либералами по философии и экономике; консерваторами по социально-политическим вопросам…” [16].

Примечания

1 Генерал принимал активное участие в свержении диктатора Росаса.

2 Очерки по истории Аргентины. М., 1961. С. 180.

3 Генерал-губернатор провинций Энтре-Риос. Возглавлял силы, свергнувшие Росаса, впоследствии президент Аргентинской Конфедерации. 

4 Asambleas Constituyentes Argentinas. Buenos-Aires, 1937. T. 4. P. 538.

5 Op. cit. T. VI. 2-a parte. P. 455.

6 Historia de la Nacion Argentina. T. 7. Buenos-Aires, 1947. P. 76.

7 Губернатор Висенте Лопес-и-Планес через некоторое время вновь подал в отставку. Перевес сил в провинции, таким образом, был на стороне противников национального объединения. 

8 Ozlak O. La formaciуn del Estado Argentino. Buenos-Aires, 1982. P. 60.

9 Цит. по: Очерки истории Аргентины. С. 189.

10 Demicheli A. Formaciуn constitucional rioplatense. T. 2. Montevideo, 1955. P. 125.

11 Цит. по: Zarini H. J. Historia e instituciones en la Argentina. Buenos-Aires, 1981. P. 152.

12 Bravo O. Historia de las instituciones argentinas. Buenos-Aires, 1977. P. 186-188.

13 Батурин Ю.М. Конституционализм для России: книга за семью печатями? // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1998. №2 (23). С. 9.

14 Там же.

15 Historia de la Naciоn Argentina. T. 8. Buenos-Aires, 1947. P. 158.

16 Arce O.D. El proceso de la formaciуn de los Estados naciоnales en America Latina. La Habana, 1988. P. 60-61.